ПОЛЕМИКА / Юрий ГОРБУНОВ. СЛЯКОТЬ «ОТТЕПЕЛИ». О космополитах и романе «Тля» Ивана Шевцова
Юрий ГОРБУНОВ

Юрий ГОРБУНОВ. СЛЯКОТЬ «ОТТЕПЕЛИ». О космополитах и романе «Тля» Ивана Шевцова

 

Юрий ГОРБУНОВ

СЛЯКОТЬ «ОТТЕПЕЛИ»

О космополитах и романе «Тля» Ивана Шевцова

 

За пару лет до выхода в свет книги известной британской журналистки, историка Френсис Стонор Сондерс «ЦРУ и мир искусств: культурный фронт холодной войны» и за 14 лет до публикации ее перевода Вероникой Крашенинниковой, генеральным директором Института внешнеполитических исследований и инициатив, – в газете «Завтра» было опубликовано интервью известного советского русского писателя Ивана Шевцова (1920-2013), автора нашумевшего в своё время романа «Тля» (№ 6(167) от 11-02-97).

В этом романе писатель поднял актуальнейшую для того исторического момента тему – о художниках и борьбе защитников социалистического реализма в искусстве и о его скрытых врагах, протаскивающих в нашу страну абстракционизм под видом самого-самого так называемого «современного искусства».

Эта борьба приняла форму дискуссий в печати и в Союзе художников после реабилитации так называемых «врагов народа» в эпоху хрущевской «оттепели». Пропагандисты абстрактного искусства перешли в наступление, почувствовав поддержку «ковбоев» – от тех фондов и спецслужб, о которых нам рассказала Френсис Сондерс в своей книге. Этих борцов за «современное искусство» – абстрактное искусство – Иван Шевцов назвал «растлителями», а роман о них для краткости – «Тля».

 

***

В том интервью Иван Шевцов рассказал, почему он написал роман о художниках:

«В конце 1940-х я сдружился с военными художниками студии погранвойск и армейской студии им. Грекова. Жизнь моих друзей-художников, их проблемы, заботы и тревоги привлекали мое внимание. Острые споры и дискуссии происходили на фоне развернувшейся в конце 40-х годов борьбы с космополитами, т.е. сионистами», – вспоминал писатель. «В конце пятидесятых годов, во времена хрущевско-аджубеевской “оттепели”, когда были открыты идеологические шлюзы, грязный поток американской псевдокультуры, затопив Западную Европу, хлынул в нашу страну. Это была тщательно запрограммированная, с дальним прицелом духовная интервенция в русле известной программы Даллеса, рассчитанная на развал СССР, ликвидацию Советской власти и реставрацию капитализма».

Тогда это, вероятно звучало неправдоподобно, однако писатель говорил чистую правду.

 

После публикации книги Френсис Сондерс, рассказавшей подробно, как готовилась и проводилась эта акция оккупации Европы абстрактным экспрессионизмом, антикоммунизмом и антисоветизмом, трудно оспаривать факты, которые приводит писатель Иван Шевцов в том интервью:

«Активизировали подрывную деятельность “агенты влияния”, масоно-сионистские элементы, свившие свои гнезда во всех структурах власти, начиная с Политбюро и кончая “Литгазетой” и журналом “Юность”. В авангарде шли творческие союзы писателей, художников, композиторов, плодя диссидентов, которые пользовались особым покровительством западных спецслужб... Политбюро провозгласило лозунг консолидации. А это означало: никакой критики идеологических диверсантов – ребята, живите дружно. И в то же время давала зеленый свет “агентам влияния”, часть из которых, наиболее шустрых, вроде Евтушенки, одновременно сотрудничала с КГБ, ЦРУ и израильским “Нативом”. Они разъезжали по заграницам, издавались там, выступали в аудиториях, за что получали немалое вознаграждение и признание в “мировом масштабе”. Словом, их лелеяли по обе стороны “железного занавеса”».

 

***

Это было инверсное и весьма сложное время. Нам кажется, что мы понимаем то время, в котором живем и о событиях которого каждый день узнаём из сказок журналистов. 

В конце 1950-х я учился в институте, и наши студенческие мозги каждый день поливали дурманом, изготовленным из смеси хрущевской критики культа Сталина с антисоветизмом. Сознание моего поколения было искалечено на долгие годы.

Затем в течение нескольких лет я работал заграницей и поэтому не знал ничего о тех актуальных проблемах развития социалистического (советского и антисоветского) искусства, о которых писал свой роман замечательный русский писатель Иван Шевцов. Поэтому мне так понравился его роман.

К этому времени в печати появились статьи об острой идеологической борьбе, развернувшейся между советскими и западными буржуазными литературоведами и культурологами.

Писатель обратился в ЦК КПСС с письмом, в котором ставил проблему защиты искусства социалистического реализма от посягательств формалистов-космополитов. Он не знал, что к тому времени на Западе не только осуждали культ Сталина, но и преподавали новый предмет по истории литературы в университетах. Он назывался «критикой ждановщины», или короче «ждановщина». Эту программу подготовили с лёгкой подачи Исайи Берлина «интеллектуалы», сотрудничавшие с ЦРУ. Ответ известен: «Давайте жить дружно!».

Буржуазия – естественный враг развития реалистического искусства. Она не желает видеть ни страданий пролетариата, ни безработных и нищих, ни бесправных фермеров. Заказчики картин художникам хотят видеть свои портреты, красивых барышень с кавалерами на прогулках, красивые дворцы и лошадей, салоны полные гостей из аристократического сословия и новых хозяев жизни... А уж революционеров на баррикадах, сотен убитых солдат на полях сражений в Азии или Африке и подавно видеть не желает класс власть предержащий. Да и кто их купит, если перепродать, чтобы подзаработать на спекуляции картинами?

Импрессионизм – стал первым чисто буржуазным искусством в Европе. С него началось падение реализма. Позже буржуазия закажет изображение кубиков, чёрных квадратов, линий и клякс и дойдёт в своей деградации до полного отрицания содержания в искусстве. Ее стратеги учили: взвинти цены на модернизм. Прояви уважение к нему в форме благотворительности. Создай галерею современного искусства. Займись спекуляцией и живи себе припеваючи ещё несколько десятилетий на вырученные денежки.

 

***

Вот в каких ярких красках в романе описана дискуссия двух группировок – русских просоветских и русскоязычных, антисоветски  настроенных.

При этом слова «еврей» в тексте книги Ивана Шевцова вы не найдёте. Авторы антисоветских статей о романе «Тля» употребляли это название малой нации постоянно, и даже пытались обвинить писателя в антисемитизме. Я работал в Египте в 1968 году после израильской оккупации новых арабских земель и не из газет знаю, что такое агрессивная политика сионистов, захвативших власть в Израиле.

Именно там мне удалость купить книгу «Осторожно: сионизм! Очерки по идеологии, организации и практике сионизма» Ю.С. Иванова. Она вышла двумя изданиями в Издательстве политической литературы в 1969 и в 1970 годах, тиражом соответственно в 100 и 200 тысяч экземпляров. По некоторым данным, первое издание стало раритетом, ввиду того что основная часть тиража была уничтожена. В 1980-е её не было в открытом доступе в библиотеках, найти целенаправленно даже второе издание было невозможно (http://karramurza.livejournal.com/3103.html).

А в ноябре 1975 году Резолюция 3379 «Ликвидация всех форм расовой дискриминации» была принята на XXX сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Она ставила Израиль в ряд с государствами, практикующими апартеид, такими как Южная Африка и Родезия, и постановляла, что сионизм – это форма расизма и расовой дискриминации. Аналогичные резолюции были приняты различными специализированными учреждениями ООН, сообщает Википедия на русском языке.

Так кто был прав – русский писатель Иван Шевцов или те из критиканов, кто обзывал его «антисемитом»?!

 

***

А теперь обратимся к тексту романа (повторю: написанного в начале 1950-х и опубликованного в конце того же десятилетия) и почитаем несколько страниц из него.

...Идёт съезд художников в Москве. Русскоязычные подготовились к дискуссия и готовы до конца бороться за большинство «своих людей» в руководстве Союзом советских художников. При этом писатель не упоминает нигде, что формалисты в большинстве своём русскоязычные, а реалисты – русские по национальности:

«Выступает русский художник-соцреалист. Он срывает с формалистов и космополитов «маски радетелей советского искусства»: «Они хотят потихоньку вывести искусство из-под руководства партии и увести его в сторону от жизни, от борьбы за коммунизм, приспособить на потребу узкого круга гурманов. Любую нужную им дребедень они способны обставить такими словесными букетами, что неискушенный человек начинает сомневаться: «Может, я действительно в искусстве ничего не смыслю? Может, эта дрянь вовсе и не дрянь, а и есть подлинное искусство?».

В спор вступает русскоязычный космополит-модернист:

«– Наконец-то наступила оттепель, и художники могут свободно творить по велению своего сердца. Наконец-то наш зритель увидел обнаженное здоровое человеческое тело, которое ханжески прятали от него чиновники от искусства. За многие годы господства в искусстве чиновников мы разучились чувствовать и понимать прекрасное. И сегодня мы рады приветствовать один из первых образцов прекрасного – великолепную картину Пчелкина «Женский пляж»».

 

Ему отвечает русский художник-соцреалист:

«– Я решительно против сорняков в искусстве, даже если они хороши на вид. А у некоторых наших художников и критиков слишком заметно пристрастие именно к сорнякам. Они предпочитают выращивать репей, усердно ухаживают за ним, наряжают в бумажные розы, а настоящие цветы поливают ядом. На словах они ратуют за все цветы, а на деле признают только сорняки.

...Тут нас призывали отказаться от больших тем и заменить их «кастрюльными», якобы ради личных интересов рядовых людей. А почему вы думаете, товарищи, что рядового советского человека интересуют только кастрюли? Думать так – значит оскорблять наш народ. Предыдущие ораторы много говорили о новаторстве. Я тоже за новаторство. Однако надо помнить и о том, что вперед нельзя двигаться, не освоив того, что оставили нам в наследство классики. Я имею в виду не ваших классиков, ... не Сезанна и Гогена, а тех русских художников-реалистов прошлого, которых вы называете натуралистами: Репина и Шишкина, Ярошенко и Айвазовского. Вы легко швыряете словами: «гладкопись», «цветная фотография», а зрители часами стоят в музеях у этих картин и видят не рельеф засохших красок, а живую природу, живых людей с их мыслями и чувствами.

В зале раздались топот ног и возгласы:

– Довольно, кончай!».

Художник-соцреалист не обращает внимания на крики и топот парнокопытных:

«– Вы делаете гримасы, гадливо хихикаете: дескать, это устарело, это пройденный этап, мы и лучше можем. Нет, не можете! Не можете и потому создаете свое «новое» и пытаетесь кого-то убедить, что ваше творчество – шедевры. А на самом деле все эти «Катастрофы» не что иное, как недовольные гримасы противников социалистического реализма. Наше искусство всегда было и будет искусством глубоких идей и пламенных страстей. Оно воодушевляло и будет воодушевлять народ на великие дела».

Выступает русскоязычный космополит-модернист Осип Давидович [прообразом модерниста в романе в Википедии назван Осип Мартынович (Меерович) Бескин (1892-1969) – советский литературный и художественный критик]:

«Сделав экскурс в теорию искусства, поговорив о социалистическом реализме, оратор пришел к выводу, что именно натурализм сейчас представляет смертельную опасность для нашего искусства... Осужденная и отвергнутая нами серятина в живописи – результат монополии натуралистов, которые связали творчество настоящих художников по рукам и ногам. К счастью, этому, кажется, наступил конец. Пришло время открыть музей нового западного искусства. Нужно извлечь из подвалов произведения подлинных художников-новаторов – Фалька, Штернберга, Марка Шагала, которые в своем творчестве прокладывают пути для нашего искусства. Пусть народ их посмотрит и оценит!».

Он продолжает:

«– Художник-соцреалист... выступал в стиле своих коллег, которые долгое время сохраняли аракчеевский режим в искусстве. Выступление... – это голос бывших, отчаянный крик умирающих, тех, которые путались и еще продолжают путаться под ногами победоносно идущего настоящего искусства, освобожденного от цепей казенщины. Но я хочу призвать вас к бдительности и решительности. Помните, что предстоит еще борьба, что наши противники не намерены отказываться от своих отживших творческих методов. Вы видели их картины: пейзаж Машкова и картина Окунева – это не более как раскрашенные фотографии…».

 

***

Дискуссия закончилась. Главный космополит-модернист сбежал. А художник-соцреалист с товарищами подвёл её итоги:

«– Молодцы, ребята! Сегодняшним днем я доволен. За вас рад: умеете постоять за себя. За правду драться умеете А это не так просто. Ложь, она хитра, коварна и норовит нарядиться в чужую одежду. Слышал, они тоже за социалистический реализм, за его неограниченное многообразие, за свободу творчества! Знаю я, какой они свободы хотят! Им нужна свобода расправы над инакомыслящими, свобода командования искусством, чтобы они могли изготовлять всякую стряпню и выдавать за шедевры, создавать своих «гениев» и «классиков». Им нужна свобода на запрещение социалистического реализма в искусстве. Понимаешь? Свобода на запрещение! Мы не дадим им этой свободы. Партия не позволит. В искусстве идет борьба. Она то затихает, то вскипает с новой силой... Их тянет к космополитизму, к тому, что без национального запаха и вкуса, без цвета и без души»...

Лучше его никто в романе не объясняет, что такое тля в культуре. Сегодняшний читатель это понимает гораздо лучше, чем мы в 1960-е годы.

 

***

Мы убедились, что в романе Иван Шевцов поднял актуальнейшую проблему тех лет, обострившуюся в самом начале постсталинской эпохи. В годы «оттепели» она обострилась до предела. Началось активное наступление космополитов, поддерживаемых спецслужбами Запада и Израиля, на советскую культуру по всему фронту.

Название романа – чрезвычайно краткое и емкое. Что такое тля? Это вредное и широко распространённое насекомое, которое безжалостно уничтожает садовые и домашние растения. Тля быстро размножается в сырости, появляющейся после слякоти оттепели. Биологи пишут: «Тлей разных видов огромное количество, их общая популяция не поддаётся подсчётам».

Наступление солженицезаторов и литературных власовцев на русскую культуру продолжается по всему миру. Разве эта тема борьбы русских интернационалистов с либералами-космополитами, отравленными сионистским чужебесием, не актуальна в наши дни?

 

P.S. Вот что писал об абстрактном искусстве наш великий пролетарский писатель Максим Горький в статье «Об искусстве»: «В основе своей искусство есть борьба за или против, равнодушного искусства – нет и не может быть, ибо человек не фотографический аппарат, он не «фиксирует» действительность, а или утверждает, или изменяет её, разрушает» (журнал «Наши достижения», 1935).

 

 

Комментарии

Комментарий #29139 16.09.2021 в 07:39

Тема космополитизма,наконец,вышла на серьёзный,глубокий разговор. Поскреби космополита и найдёшь верного защитника буржуазного строя.В 60-х годах дружная сионистская команда и наши местные эгоцентристы начали демонтаж коллективистского образа жизни и социализма как политического строя в СССР. Лозунги свободного искусства в их устах могли одурачить только простаков. Они ненавидели сам социализм, его духовные ценности и всю положительную практику его строительства.
Сейчас им наш "свободный рынок" поперёк горла! Опять "свободы" мало. А за всем этим одна досада: русских с их традиционными ценностями еще много. Поэтому даже если Россия полностью будет копировать США, но в будет много патриотов,такая страна заведомо будет считаться "недемократической"

Комментарий #29131 15.09.2021 в 06:07

Спасибо, дорогой Юрий Иванович! Я писал о модернистах и постмодернистах в статьях: http://slovo.isu.ru/danilenko/articles/modern.htm
http://www.litsnab.ru/literature/5378
Очень близко к Ивану Михайловичу.
С уважением, Валерий Петрович.

Комментарий #29123 14.09.2021 в 17:06

Можно посмотреть статью советского специалиста по данной теме А.К. Лебедева «К спорам об абстракционизме в изобразительном искусстве» (http://artpoisk.info/article/k_sporam_ob_abstrakc...)