Нина ПОПОВА 
Нина ПОПОВА
О ЧЁМ ПЕЧАЛЯТСЯ ВЕТРА...
* * *
Когда тебе покажется с тоскою,
Что ничего уже не изменить –
Постой тогда над быстрою рекою,
Которой через все преграды плыть.
Одолевать извилины и кручи,
Мятежную не усмиряя суть.
Вплеснуть всю силу – яростно, могуче
На предназначенный природой путь…
Понаблюдай за пашнею тяжёлой:
Под непогодьем – сохранит зерно!
Под забытьём, наветами, крамолой
Она рождать продолжит всё равно.
И посмотри на русскую дорогу –
Уж сколь бы ни втаптывали в грязь,
Она приводит непременно к Богу –
И в самый смертный, неискупный час.
* * *
О чём печалятся ветра,
Взывая к небу неумолчно?
Быть может, им земля мала
И звёздные тревожат очи?
Когда грохочет нараспев
В них суть греховная земная,
В мольбе порою слышен гнев,
Неусмирённость роковая.
Но держат небеса в узде
Мятежную природу ветра,
Путь преграждая ввысь, к звезде,
Но не заковывая в недра…
* * *
Ох, и слаб человек,
В нём продажность гнездится слепая,
Как подтаявший снег,
Не достигший орлиного края.
Честь – она не для них,
Тех, кто загодя встал на колени,
Для посулов пустых
Поменял, не чинясь, оперенье.
Искушенья людей
Обмельчают родник понемногу –
Очень мало друзей,
С кем сегодня разделишь дорогу.
Потому дорожи
Ты опорою верного друга –
С кем набаты души
Родовая сверяет кольчуга…
О ЛЕТЕ
Проливается лето из прошлого –
Вот на донышке видно едва,
Осыпается звёздное крошево –
Рвутся с небом волокна родства.
Да и ночи теперь не влюбленные:
Сухо листья о чем-то шуршат,
Над уже не зелёными клёнами
Пламенеет студёный закат.
Только сердце с весной не расстанется –
Заблудился в напевах апрель,
И любовь, эта вечная странница,
Обращает все слёзы в капель…
НА БЕРЕГУ РЕКИ
О чём поют прибрежные березы,
Роняя листьев желтый оберег?
Припоминают вешние торосы
На гулких взломах полноводных рек?..
Всё впереди – и ветры, и метели,
И корка ледяная на стволе,
Но всё же о весне они запели
И о заждавшейся тепла земле.
Ещё и осень не вступила в право,
Зима не выткала снегов канвы,
А чудится весне грядущей слава
В прощании обро́ненной листвы.
НОЧЬ
Наполняясь вселенской гармонией,
Ночь все звуки вбирает в себя…
Ты прислушайся к ним без иронии –
И сквозь смех, и сквозь слёзы дождя.
В осмыслении и озарении,
С небывалым звериным чутьём,
Ты вплетёшь себя в музыку времени,
Оставаясь при этом в своём.
Ночь рассеет и творческий вакуум
В кисти, клавишах, остром резце,
И поэт, став пророком-оракулом,
Вновь на троне в терновом венце…
* * *
Бабья ядрёная осень
Вновь во хмелю на пороге…
Мы ведь за это не спросим,
Мы ведь не будем к ней строги?!
Пусть накуражится вдосталь,
Наперекор, до упаду –
Нам она сродница в доску,
Нам не желать ли отраду?
Чтоб, обвиваясь ветвями,
Вспомнить обычай веселья –
Золото и за дождями
Не потускнеет с похмелья…
* * *
Даруя мирный, тихий вечер
И отложив насущность дел,
Затеплил звёзд высоких свечи
Господь – за наш земной удел.
Соизмеряя мирозданье
С людскою мелкой суетой,
Небес пророческое пламя
Вознёс над вероломной мглой.
ВСЁ ЭТО – ТЫ!
Д.П.
Вот с кем беседу повести
(Без интернета-телефона!)
О вдохновенности пути –
Неторопливо, вразумлённо?
И в чьи вглядеться мне глаза,
Чтоб свет ответный видеть ясно,
О самом главном рассказать,
Не пожалев, что всё напрасно?
Не пустоту, а только суть,
Услышать в голосе любимом
И понимать – тебя спасут
И не пройдут спокойно мимо…
Кто будет мне в слепую ночь
И в зрячий день всегда надёжей,
Чтоб я сумела превозмочь
Непроходимость бездорожий?
Всё это – ты! Благодарю!
Моя строка – тебе защита,
Когда приду я к Алтарю,
Росой Небесною омыта.
ЛИСТОПАД
По листве я иду, как по прошлому.
Что упало – уже не взлетит…
Каждый миг помяну по-хорошему,
Не случайно был послан в пути.
Мне напомнит листва фотографии,
Где в желтеющей кромке резной
Затаились штрихи биографии,
Позабытые мною порой.
Я не буду грустить и печалиться,
Что прошло – не быльём поросло,
Но и петь непомерную здравицу
Я не буду – не то ремесло…
Приукрасить себя нет желания,
Не закрою роток укоризн,
Но горжусь, что почётное звание –
Человека! – вручила мне жизнь.
* * *
Благодарю за беспокойность,
За трепетность благодарю,
За вдохновенных вёсен вольность
И непокорность сентябрю.
За благостную непричастность
Ни к зависти, ни к ворожбе,
И за молитвенную страстность,
С которой вопию к Тебе.
И за провидческую зоркость,
Упорство из последних жил.
Благодарю за то, что стойкость
Ты к дару, Отче, приложил.
Пусть слёз я выплакала море,
Такая суть – ни дать, ни взять,
Но в счастье воздаю и в горе,
Приумножая благодать.
ПОЛЕ МИРА
Повыдергать раздора сорняки,
Засеять поле зернами добра
Необходимо – смуте вопреки
И выкрикам сутяжного пера.
Пусть зреет поле налитым зерном,
Пусть крепнет и встаёт за рядом ряд,
Не прогибаясь под проворным злом
И высотой воздвигнутых преград.
Пусть урожай нелёгкий уберут
Натруженные руки в закрома –
Для мира на земле почётен труд,
Раздоры и разруху ждет война.
СОЗДАНИЕ
Солнечным днём и под облаками
Сына лепила сердцем, руками.
Чуть отстраняясь – видела строже,
Чтоб не забылось главное всё же!
Мать постаралась, чтобы красиво,
Чтоб совместились нежность и сила.
Если частички не совпадали,
Мать, забывая догмы морали,
Бога молила даже и всуе,
Даже в сомненьях, даже вслепую,
Где-то слезами, где-то шептала –
Этого было вовсе немало…
Вот и случилось – и расцветает
В созданном сыне дума святая:
– Как там на свете маме живётся,
Вдосталь ли неба, вдосталь ли солнца?
МАТЕРИНСКАЯ ТРЕВОГА
Мать, не плачь, не бей тревогу,
Не печалься сиротливо:
Сын отправился в дорогу –
Не кори его порыва!
Он оставил пристань детства,
Он почуял ветер вольный,
Ты не будешь по соседству,
Потому тебе и больно!
Не терзай себя в разлуке
Неповинною виною,
Изнывая в горькой муке
Материнскою судьбою.
Отпусти! – ему дорога
Не помогут слёзы эти,
Ты вторая после Бога,
Кто хранит его на свете!
ТЕБЕ
Загостился вечер. Тишь… покой…
Догорает зорька наливная.
Но трепещет сердце: «Что с тобой?» –
Все видения перебирая.
Вновь молитвы… и куда без них?
Нет другого средства нам порою.
Огонёк тревожный поутих
Под надеждой хрупкою земною.
Ты берешь «открытку» и блиндаж,
Я – свои опорники-сомненья…
Любящее сердце, чуткий страж,
За тобой летит безмолвной тенью.
Пусть бесплотна тень, но столько сил
У молитвы перед Небесами,
Чтобы вечер у тебя гостил
И моими обнимал руками.
* * *
Пусть печаль летит сторонкой,
Ей ведь нет конца и края –
Попадешься ей – воронкой
Крутит, жалости не зная.
Открестись от этой стыни,
Где душа идёт на убыль,
Посмотри – как щедро синью
Небо расплескало удаль…
И трепещет солнца бубен
Колокольчиками счастья,
Что ни в чём ты неподсуден
И к печали не причастен!
МОИМ ДРУЗЬЯМ
Я радуюсь за каждого из вас:
Мои друзья, наставники, поэты,
Здесь нет пустых и обиходных фраз –
Мои слова созвучием согреты.
Я поклонюсь с почётом и светло –
За ваш пример, бесценную науку,
Особенно – за стойкое добро,
С которым вы протягивали руку.
Смогу ли я воздать такой ценой,
Соизмеримой только с щедрым сердцем,
За те слова, что навсегда со мной,
За взгляд, в который хочется вглядеться?
Про вашу доблесть я сказать хочу:
За правду строки вы вели полками
И на канон не ставили свечу
За нашу Русь, пусть здравствует веками!
«Перешагнуть, перетерпеть, смолчать» –
Слова не из родного обихода,
На всём, что сделали, любви печать
И праведности русского народа.
* * *
Полевые цветы не топчи,
Пожалей, жизнь у них без прикрас.
Раздавили цветок кирзачи –
Он поник и безвинно угас…
Посмотри – среди скорбных полей
И заброшенных горьких полос,
Будто землю помазал елей –
Там цветочек смиренно возрос.
Божьим промыслом и красотой
Одаряет идущих тропа.
Не топчи ты цветок полевой,
В нём – и наша с тобою судьба!
ПУСТЬ БЕДЫ МИНУЮТ ДЕТЕЙ!
Хотя страшна Небес епитимья́,
Она всегда наложена по праву
И заслужила скорбная земля
Все беды человеческой оравы.
Одна управа – смыть навек с полей
И выжечь очистительным огнищем…
Помилосердствуй, Небо! Жизнь детей
Не обращай в седое пепелище.
Не им платить за подлость и урон!
Есть скопище для молнии убойной…
Так почему терзает хрупкий стон
И дети вновь мишень беде и войнам?
Нет в них греха! Карающая длань
Пусть их минует – ниц падём за это…
Храни детей, означь святую грань
Для всех не зрящих ангельского Света!
Я СОХРАНЮ ТЕБЯ
Свинцовые смертельно свищут плети
По тёплой плоти, не по муляжу.
Я сохраню тебя на этом свете,
Смирением и силой удержу.
Вот почему мне чудится порою,
Что видим одинаковые сны,
И вовсе мне не кажется игрою,
Что в них лишь шаг от мира до войны…
Ты отдыхаешь в этих снах, любимый,
Солдатской передышке очень рад,
Я – рядом, значит – смерть проходит мимо,
Отводит ненасытный, хищный взгляд.
И ничего другого мне не надо,
Ты только крепче за любовь держись.
Я удержу, поверь мне без огляда,
Ты просто верь, и значит – будет жизнь!
ПРО СЧАСТЬЕ
То тишь да гладь, то ветер,
То солнышко, то тучи –
Изменчивый на свете
Наш промысел летучий.
Привыкнешь ты к улыбке,
А глядь – печали бремя,
То «ре мажор» на скрипке,
То реквиему время.
Пускай твердят знакомцы
Про карму, чёрно-белость –
А я хочу, чтоб солнце
В душе запечатлелось!
Да разве это много,
На Божьей-то землице,
Чтоб, позабыв тревогу,
Светились счастьем лица?
ПОЛЕВОЕ
Со мною поле говорило
На васильковом языке –
Слова, как бабочки, счастливо
Кружились рядом налегке.
Слова ловила на раздолье,
Пыльцу стараясь оберечь.
Мне было так созвучно с полем –
Понятна стала его речь!
Я знаю, поле ведь не с каждым
Поговорит начистоту –
Я обниму его однажды
И васильками расцвету…
* * *
Светлеет небо над полями,
Вдали угольник журавлей,
Воскресный день с колоколами
Над осенью земли моей.
Душа зовёт, она курлычет,
За стаей бросилась вослед –
Ей не забыть своих привычек,
Да и других привычек нет.
В понурости поникшей пашни
Ей видится иная стать:
День завтрашний, а не вчерашний,
И ожиданья благодать!