Олег ТАЛАНОВ 
Олег ТАЛАНОВ
ДА БУДЕТ ЯВЛЕН СВЕТЛЫЙ МИГ…
НА РЕКЕ
Вековому подвластна влеченью,
Устремляется к морю река.
И привычно плывут по теченью
Между двух берегов облака.
Пусть целительной влагой речною
До отказа наполнятся тут,
А потом, повисев надо мною,
И просохнув, с зарёй полыхнут…
И тогда, как предвестье удачи,
Задымит костерок вдалеке,
И ухи мне отведать горячей
Подадут рыбаки в котелке.
* * *
Вышел в парк я утром рано,
В дымке видно мне едва:
Мягкой кисточкой тумана
Лакирована листва.
Шишки старые под елью,
Лист осенний возле ног…
Пахнет сыростью и прелью
В жёлтой замяти дорог.
И летит в мою тетрадку
На туманной на заре
Тополиная закладка
Для стихов о ноябре…
РЕЧНОЙ ТУМАН
Вдоль берега иду я по тропинке.
Речной туман плывёт во все концы
И белые оснеженные льдинки
Рассасывает, словно леденцы.
До угощенья вкусного он падок,
Ползёт вдоль побережья, между ив,
Как мужичок подвыпивший, с колядок,
Все сладости у речки уронив…
Его в лохмотья порваны одежды,
Качается он, белый, словно мел,
И норовит прильнуть ко мне, в надежде,
Что пожалею, дав на опохмел.
С собой имею мелочи немного,
Возьми её, болезная душа…
Уплыл туман – и мне видна дорога,
А у меня в карманах – ни гроша!
* * *
Ты, ветер, мчись ко мне позёмкой
И хмурой сумрачной порой
Лист черновой, осенний, скомкай,
А чистовик зимы открой.
Пусть на холодном глянце белом
Свет отразится, заблистав.
И, пробудившись, день свой смело
Начну я с чистого листа.
ОСЕННИЙ ДОЖДЬ
Небо хмурится и слышу
Я дыханье ветра в нём.
И летят на землю с крыши
Листья тополя дождём…
Тучи движутся стеною,
В спицах молний блещет нить…
Но не хочет надо мною
Дождь вязанье отменить.
Грустно озираю высь я,
Пеленой укрыта даль…
Облетая в лужи, листья
Не шумят уже, а жаль…
* * *
На рассвете неслышно, как вор,
Бросив тайное место ночлега,
Осень кошкой скользнула во двор,
Под паренье манящее снега.
Оставляя следы на бегу,
Вдоль по наледи талой, не жёсткой,
Всё пометила в мокром снегу
Ярко-рыжей линяющей шёрсткой.
Но старалась плутовка не зря,
Слыша ветра сердитые вздохи,
И слизала она декабря
Белоснежные первые крохи.
* * *
О, эти тучи на воде
Реки, плывущие куда-то…
Я не увижу их нигде,
Лишь здесь, в объятиях заката.
И гладь речную, где мальки,
Играя, водят хороводы,
И мелкие от них круги,
Что волжские уносят воды…
Какой судьбы ни даст мне Бог,
Взлетит душа к сиянью солнца –
А в ней заветный уголок,
Что малой родиной зовётся.
* * *
Фонарями подсвечено небо,
Словно белая ночь за окном.
В эти чудные сумерки мне бы
Окунуться, оставив мой дом…
Одинокой луне неуютно
От огней, что у всех на виду…
Да и мне, ослеплённому, трудно,
Из окна я не вижу звезду.
Где-то там она светит, быть может,
В непроглядной небесной дали,
Словно образ любимый, тревожа
Беспокойные мысли мои.
Не увижу былую потерю
В осветлённой ночи из окна,
Но в плену у бессонницы верю,
Что под утро приснится она.
БУТОН
Округа спит, да мне лишь не до сна:
Ловлю цветенья запахи у дома,
А надо мной висит большим бутоном,
Окутанная облаком луна.
Неспешно распускается бутон,
И благодать в душе моей такая,
Что мнится мне: в ночи благоухая,
Все запахи земле дарует он.
СВЕТ ФОНАРЯ
Может вечер не настанет?
За окном ищу ответ.
Светлым облаком в тумане
Фонаря я вижу свет.
Лёгкие расправить крылья
В тесноте мечтает он,
Чтоб на волю, без усилья,
Взвиться белым мотыльком…
Верю: миг настанет скоро,
Будет в комнате темно,
Я тогда раздвину шторы
И впущу его в окно.
ЯНТАРНАЯ КОМНАТА
В ночную темень за окном
Ворвался яркий свет фонарный –
И засиял внутри мой дом
Бесценной Комнатой Янтарной.
Лишь спящим было невдомёк,
Что надо мною, как подвески,
Струили слабый огонёк
На жёлтых окнах занавески.
И сон исчез, а сердце вскачь
Помчалось, радостное, дома.
Ведь в этот миг я был богач,
А комната – мои хоромы!
ГОЛУБИ
Поднимите к небу головы,
Посмотрите, как спокойно
Возле речки кружат голуби,
Крыльев ангельских достойны!
Ветры силою былинною
Дуют в облачные дали,
Чтоб качели голубиные
С выси падая, взлетали…
Други, буду вместе с вами я
В час, когда из поднебесья
Принесут они послание
С долгожданной, доброй вестью!
БЕСПИЛОТНИК
Дождались! Как злой охотник,
Над моею головой
Вьётся хищно беспилотник…
«Чёрный ворон, я – не твой!» –
Напеваю по дороге,
Страх подкравшийся кляня.
Прочь гоню свои тревоги,
Веря, Бог спасёт меня…
Кружат ангелы незримо
Над землёй и гладью вод…
И пускает «птичку» мимо
К новой цели дроновод.
На расправу видно скор он!
Я ликую, что живой…
И не вьётся чёрный ворон
Над моею головой.
* * *
Живя от битвы в стороне,
К отчизне мы горим любовью.
Проснётся день в моей стране,
Залитый светом, а не кровью.
Взметнётся голубь в вышине,
Нам возвещая день Победы,
И я спокойно по стране,
Родная, вновь с тобой поеду…
С надеждой ждём конца войны,
Как ждут влюблённые рассвета,
Душой приняв у тишины
Сиянье благостное это.
ОПОВЕЩЕНИЕ
Дано сообщенье, для ясности,
Народу короткой строкой:
«Отбой беспилотной опасности».
Но души забыли покой…
Пусть смерти вокруг не видали мы,
Но словно могилы стоят
Домов обгоревших развалины:
Там – колледж, а тут – детский сад…
Надежда одна в утешение
Дана нам, что кончится бой,
И мирное примут решение:
Военной тревоге – отбой.
И окна, моргнув занавесками,
Вновь примут сияющий вид,
Когда МЧС эсэмэсками
Об этом всех оповестит!
ТРОФЕИ
В честь победы ещё не гремели
Нам салюты, как в давней поре –
В сорок пятом, но видим трофеи
Мы в крестах на Поклонной горе.
Пусть удел их пленения горький
Явит миру знаменье своё,
Ведь с размаху метнул здесь Георгий
Смертоносное в Змея копьё!
КУПОЛА
Чудесны Божии дела:
Восстав из пепла, Русь былая
Возводит снова купола,
Молитвы небу посылая.
Многострадальная страна –
Россия Господом хранима!
И свирепеет сатана,
И церкви сносит Украина…
Да будет явлен светлый миг,
Как солнца луч в тумане вещий –
И чудотворный Божий лик
На куполах её заблещет!
* * *
Если ворон в вышине,
Дело, стало быть, к войне…
Булат Окуджава
По примете – быть войне.
Но не ворон в вышине –
В небесах царит орлан,
Жаждой крови обуян.
Как привольно смертной мгле
На его лежать крыле!
Неужель придёт беда,
И наступит навсегда
От убийственных затей
Мир без птиц и без людей?
НОВЫЕ ФЛИБУСТЬЕРЫ
Принять по-новому пора
Наш век, где с боем флибустьеры
Берут не шхуны и галеры,
А нефтяные танкера.
Не повелит высокий суд
Казнить пиратов поскорее.
Не ждёт верёвка их на рее,
Державы флаг они несут.
На мачте, звёздно полосат,
Он вьётся, словно корчит рожу,
Как некогда «Весёлый Роджер»,
Бросая вызов небесам…
Вдали родимая земля,
За чёрной облачною тенью,
И нет надежды на спасенье
От боевого корабля…
Но дует ветер на флагшток,
И, замечая вымпел узкий,
Кричит команда: «Это русский
Фрегат подходит! С нами Бог!».
ПРИГОВОР
Эх, огласить бы приговор
Толпе преступников военных,
За наших братьев и сестёр –
Детей безвинно убиенных.
Когда ж возмездья грянет гром?
Когда ж настигнет наша кара
Нет, не пером, а топором –
Всесокрушающим ударом?
Суда, как видно, долго ждать…
И рвётся гневное: «Доколе?
Ну что же медлим мы опять?
Надеемся на Божью волю?».
…С небесных падают вершин
В ночи ракеты боевые –
То справедливый суд вершит
Над лютым ворогом Россия!
ЛИЦЕДЕИ
Потому, что лицедеи
Так похожи на людей,
Между нами и злодеи,
И пройдохи всех мастей!
Сомневаться нет причины,
Вы следите за лицом…
Равнодушия личина
Вновь надета подлецом.
Неужели, без опаски,
Ты не крикнешь чужаку:
«Пух пробился из-под маски,
Рыльце у тебя в пушку!».
Лицедей играет ловко,
Обмануть пытаясь всех:
Зритель, изменить концовку
Для тебя совсем не грех!
КОПИИСТ
Морские картины любя,
мой отец – копиист –
натягивал холст,
словно в белую клеточку лист…
Он в рейсы ходил и,
домой воротясь, рисовал
на белом холсте
роковой Айвазовского вал*.
Чтоб с этой картины,
с обломками мачт, на меня
обрушились брызги,
пугая меня и маня…
Но даль не штормила,
и страх оставался вдали,
когда я на рейде
с отцом озирал корабли,
И пробовал, юнга,
храня для заметок тетрадь,
морские просторы
и труд моряков описать.
Я видел опасность,
неопытен с виду и мал,
и палубы взлёт
на буксире нутром понимал.
На вахте матросской,
качаясь, стоял кое-как…
Но крикнул старпом:
«По компасу держи на маяк!».
И вот уже с морем
не шапочно стал я знаком,
по жизни ведомый
горящим вдали маяком.
…Смотрю на картину –
и ныне тот помнится миг.
На свет путеводный
я снова иду напрямик.
Хочу со стихией морскою
незримую нить
связать, и о море
летящей строкой повторить!
-------------------------------------------
*Картина Айвазовского «Девятый вал»
НАПЕВЫ РАСУЛА ГАМЗАТОВА
В переливах речного гортанного гула
Я услышал нежданно напевы Расула –
То Сулак был в ущелье горы увлечённый,
Где потоком кипел, словно пылкий влюблённый.
И неслись, и бурлили речные потоки,
Как движенье строки, чтоб читали потомки,
И святые напевы влагали в уста нам,
Ведь явил их великий поэт Дагестана!
НА РАБОТЕ
Над волжской ширью движется гроза,
Под облаками дышит полдень жаркий…
От блеска молний щурю я глаза,
Как на работе от электросварки.
И солнца не видать над головой,
Оно с опаской в сумраке таится,
Как будто от работы огневой
Укрывшись тучей, словно рукавицей.
Вздохнуло небо – гром загрохотал,
И вместе с ветром хлынул дождь с налёта
На раскалённый от огня металл,
И завершилась жаркая работа!
ТОПОЛЬ
Летнею порою
Осеняет пристань
Шумною листвою
Тополь серебристый.
Он стоит со мною
На ветру горячем,
Словно сединою,
Серебром охвачен…
И свои, с печалью,
Тополь мой родимый,
Годы примечаю,
Как твои седины.
ЧИЛИМ
На берегу купаю ноги,
И прибивает нежно к ним,
Как талисман речной дороги,
Волною сорванный чилим.
Моторная задела лодка
Орех, растущий под водой, –
И приплыла ко мне находка
Остроконечною звездой…
Спускалась тьма неумолимо,
И, набегая, волжский плёс,
Как будто гроздьями чилима,
Одаривал лучами звёзд.
ЛОДКА
Уснула лодка кверху днищем
На побережье, где покой,
И где меня никто не ищет,
Вдали от жизни городской…
Не чувствуя волны замаха,
Согрелась от воды вдали
Та лодка, словно черепаха,
Под солнцем на речной мели.
Давно не спорит со стремниной,
А спит себе, невелика,
Ведь обросла зелёной тиной –
Давно не чистили бока…
Вздыхаю грустно: «Эх, бедняжка, –
Смахнув с неё засохший ил, –
Вот был бы жив дружок мой Пашка,
Тебя бы на воду спустил,
В затоне покатался старом,
Где прячет рыбу глубина…
А без него родне и даром
Теперь та лодка не нужна».
…Над Волгой прежняя картина –
Вечерний звёздный хоровод.
Там, в небесах, свою путину
Товарищ мой сейчас ведёт.
* * *
Для рыбака река – святое!
На ней живёт из века в век,
И для врагов здесь место боя
Находит русский человек.
Здесь волгарю весной, в путину,
Она кормилица и мать,
И потому ему, как сыну,
Готова щедро всё отдать.
И я на Волге без опаски
Ловлю, как песнь её души,
Мотив, баюкающий лаской,
Что тихо шепчут камыши.
* * *
Лишь я беру своё стило –
Душе становится светло,
И прочь бежит из мрака страх,
Когда оно в моих руках.
Как будто яркий фейерверк,
Взлетают мысли-искры вверх,
И на страницу там и тут
Слетая, строчками бегут…
Всю ночь горит моё стило,
Чтобы скорее рассвело,
Чтоб отразился светлый стих
В глазах любимых, дорогих.