Андрей АЛЬПИДОВСКИЙ
Я Б УШЁЛ ЗА ФЛАЖКИ…
Стихи разных лет
ЗВЕЗДОПАД
Падают звёзды. Чаще под вечер
В небе осеннем свет промелькнёт их.
Падают звёзды – звёзды не вечны.
Есть обречённость в этих полётах.
Звёзды – не вечны, что же о людях?
Что ж о любви – зря она наградила?
Всё преходяще и позабудет
Сердце – над чем оно так заходилось?
И неприемлемо, и невозможно!
В жизни должна быть точка отсчёта.
Чем же поверить, что верно, что ложно,
Если любовь – преходящее что-то?
Сына ручонки распахнуты настежь,
Солнце – в улыбке и смехе любимой!
Как уберечь вас от бед и напастей?
Только любовью неугасимой...
1986
КОЛЫБЕЛЬНАЯ
Старшему сыну
День угас, и к изголовью слетел
Тихий ангел ночи.
Колыбельную поёт нам метель,
Что же ты спать не хочешь?
Посмотри, как отразились на твердь
Звёзды фонарями.
Отошла пустая дня круговерть
И распростилась с нами.
Посмотри, твердь обернулась водой –
Звездной карты вроде.
И зима нашла, тряся бородой,
Время для пародий.
Посмотри, на доме странный наряд:
Цифры, буквы, знаки
Гаснут, вечный начиная обряд –
Снять дневную накипь.
Спи, малыш, пускай приснится тебе
Мир недостижимый,
Грустный слон, играющий на трубе
В кутерьме снежинок.
Снится пусть под Божьей доброй рукой
Всё, о чём мечталось,
И с тобой, как этот звёздный покой,
Лучшее осталось…
1988
СТРАНА СНОВ
Сыновьям
Время, время, – увы и ах! –
Заметает песком следы.
Вспоминаю, как в детских снах
Я на всё смотрел с высоты.
И над свежестью чистых холмов
Плыл небесной рекой голубой
Вечный спутник волшебных снов –
Незабвенный свет золотой.
И невидимых крыльев взмах
Уносил от земли меня прочь,
А внизу, на росистых холмах
Наступала колдунья Ночь.
Открывалась дверь в небеса –
В неразгаданных снов страну.
Высыхали слёзы в глазах
И я в чистой мечте тонул.
Где же ты, мой свет неземной?
Может быть, за холмами ждешь?
Только стал я совсем иной,
Ты напрасно меня зовёшь.
Твердо я по земле хожу,
Точно знаю – что и почём.
Очень редко наверх гляжу,
Жизнью бит и судьбой учён.
Время, время, – увы и ах!
Дни – тревожны или пусты.
Сыновья в своих детских снах
На меня глядят с высоты.
И проходит за годом год,
Я простился со сном-мечтой,
Чтобы их не прервался полёт,
Чтобы в нём продолжался мой.
Не могу сказать: «Не хочу».
Я хочу и боюсь его.
Ведь в последний раз полечу
К лику Господа моего…
1998
СТАЯ
Волчьей стаей бежим от флажка до флажка,
Нам не остановиться и не повернуть.
Видим на два вершка, мыслим на три прыжка,
Можем лишь на соседа клыками сверкнуть.
Этот муторный бег, карусель, круговерть
Застилает глаза пеленою огня,
А за кругом стоит пустоглазая Смерть
И тебя стережёт, и его, и меня.
Я б ушёл за флажки, как Поэт завещал,
Только как же щенки, ведь и их стерегут?
И выходит, что зря их кормил, защищал,
Если бросил одних на расправу врагу.
И опять поверну у последней черты,
И оставлю Безносую с носом,
Но вдогонку шарахнут глаза темноты
Снова тем, без ответа, вопросом:
Почему вдоль верёвки послушно бегу,
Не могу Заколдованный Круг пересечь,
Если очи на дальнем цветут берегу,
Манит музыкой тихой призывная речь…
А ответом – опять мне звериный оскал,
Жизнь – волчица матёрая, злая,
И хоть телом – не стар, но душою устал,
А душа – вещь ненужная в стае...
Мы по жизни спешим – от флажка до флажка,
И не в силах очерченный круг поменять,
А верёвочка вьётся и бьёт по башкам,
Гонит вскачь, а куда – не постичь, не понять...
1998
ИСХОДА НЕТ
Ночь. Улица. Фонарь. Аптека.
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи ещё хоть четверть века,
Всё будет так, исхода нет…
Александр Блок
Больница. Ночь. Окно. Не спится.
Безжизненный и резкий свет.
И ужас длится. И не снится,
И не приснится мне ответ.
А смерти нет! – душа кричала.
Ответ на все вопросы – Быть!
Но Жизнь со Смертью обвенчала.
Нет сил ни помнить, ни забыть…
Не умерев, начать сначала?
Легко! Невеста под фатой
В очередной раз промолчала,
Отодвигая жребий мой,
Который «в точности измерен».
А Черный день – запорошён.
«Я утром должен быть уверен»,
Что днём всё будет хорошо.
Безумье – в снах, безумье – в лицах
Готовит каверзный ответ:
Быть. Повториться. И смириться
С тем, что пока – исхода нет…
2003
АМНЕЗИЯ
Если хоть один раз в году
Буду думать – зачем бегу,
То когда-нибудь упаду,
Ведь бегу – «через не могу».
Этот бег не жалеет ног
И душе тяжело в узде.
Где-то есть справедливый Бог,
Только вот не припомню – где.
Впереди – Отечества дым,
За спиною – пар изо рта.
Я когда-то был молодым,
Только вот позабыл – когда.
Норовили догнать и сбить,
И плоды побед пожинать.
Одного вовек не забыть –
Как мне пальцы в кулак сжимать.
2003
СПАСИ И СОХРАНИ
Самым краем по-над бездной прошёл.
Знать, Господь со мною рядом ходил.
Не упал. И, вроде, всё хорошо.
Почему же такой холод в груди?
Почему же не взглянуть в зеркала?
Отражается стена за спиной.
Почему тревожат колокола?
Что ж не спится мне под полной луной?
Почему так манит тёмный откос –
Али с воза там чего обронил?
Сыне Божий, милосердный Христос,
Меня, грешного, спаси, сохрани!
От того, кто меня там заменил
За холодной амбразурой зеркал,
В Зазеркалье затянул, заманил,
И Луной над головой засверкал.
Покатило, понесло, как по льду.
Полетел вперед, почти не дыша,
Вспоминая, почему не найду
Эту пропасть, где тоскует душа.
Там, где хором над обрывом ревут
То ли ветры, то ли черти во тьме,
Надрывают сердце, душу мне рвут,
Тешут плоть мою в хмельной кутерьме.
Вьются тучи их бесовских атак,
И азарт мне кровь дурную пьянит,
И ору я на юру – всё не так!
Подтолкни меня, давай, подтолкни!
Остановимся. Чуток помолчим…
Нет, не взят ещё последний редут!
Если держат душу духи в ночи,
Отпущения грехов не дадут…
Самым краем вдоль обрыва прошёл.
Зря нечистый по-над бездной водил.
Не упал. И, значит, всё хорошо.
Так откуда этот холод в груди?
2004
ЗАМОК
Я себе построил замок
Из песка у кромки моря.
Но холодными волнами
Замок смыло без следа.
Я с тобою спорил, мама.
Я не знал, так глупо споря,
Что накроет скоро горе
Страшным словом: «Никогда».
2007
ОСЕНЬ
Осень и дождь. Фонари отражаются в лужах.
Желтые листья прилипли к промокшей земле.
Эта тоска, как на шее петля, туже, туже.
Друг мой один, отраженный в стакане, милей.
Стук в подоконник. Дождь хочет забраться под крышу,
Длинными мокрыми пальцами горло обнять.
В сумраке сером растёт, надвигается ближе
Призрак, готовый уставших простить и понять.
Створки окна раскрываются. На подоконник
Хлещет вода, унося грязь к холодной земле.
Лик Богородицы в каплях-слезах на иконе.
Дева скорбит обо всех нас, заблудших во мгле.
Вот он – младенец Христос – на руках у Марии.
Рядом стоит преподобный отец Серафим.
В нашей юдоли земной мы их недомолили
О тех, чьи тени парят за окошком моим.
Ветер средь голых деревьев и крутит, и воет,
С чем этот вечер печальный возможно сравнить?
Стылое тело земли дождь осенний омоет,
Чтобы зиме его саваном белым накрыть…
2008
ПОКОЙ И ВОЛЯ
На свете счастья нет,
но есть покой и воля…
А.С. Пушкин
Мой прадед Богу служил в деревне,
И в чудных звуках молитвы древней
Я слышу голос его спокойный,
Когда склоняюсь перед иконой.
В сутане чёрной казался рослым,
Внезапно умер – а мог быть сослан.
Упал, как колос в широком поле,
Обрёл навеки Покой и Волю.
Мой дед подростком семью покинул,
Чтоб не шипели «Попович!» – в спину,
Чтобы не сгинуть врагом народа,
Рабом безвестным в «стране свободы».
Отец – учитель: в анкетах ставил.
И это правда, и он был вправе!
Тот в сельской школе работал тоже,
И вразумлял чад Законом Божьим.
А дед – геолог – в лесу и в поле
Служил по вере и жил на воле –
В степях казахских, и в тундре Кольской,
В горах уральских, в краю приволжском!
Отец на Волге всю жизнь работал –
Труд беспокойный, семья, заботы,
Но с детства чудо молитвы зная –
Едина с Богом душа живая.
Растает призрак богатства, власти
В пустой погоне за птицей счастья,
Когда, укрыв нас от зла и боли,
Подарит поле – Покой и Волю…
2014
ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ
В одном парке выдуманном, заброшенном,
Жил любитель поспать с вечера до утра,
Не привечавший гостей непрошеных,
И только себе он всегда был рад.
У него был дом под дырявой крышей,
Он спал на лежанке, на которую не текло,
По утрам смотрел на облака, плывущие выше,
Сквозь дыры в крыше, дарившие солнца тепло.
В парке было много фруктовых деревьев.
На ветвях росли яблоки, красные, как закат.
Ветерок между яблонь прохладно веял,
И журчал ручей – тихий, как речь старика.
Житель парка перед сном говорил с ручьём,
Рассказывал про солнце и облака,
Ручей отвечал, журча ни о чём,
И отшельнику важен был звук ручейка.
Там всегда было тёплое время года,
Так решил тот, кто придумал парк.
Любителю сна оттуда не было хода.
Да он и не стремился. Вы думаете – чудак?
Однажды, нарушив автора волю,
Он выглянул за ворота (любопытство – не порок),
И увидел бескрайнее снежное поле,
И волчью стаю на перекрестке дорог.
Кроме волков, увидел надпись на входе.
Сказал себе: «Мне к ним не пора».
Потому что прочёл: «Ты совершенно свободен.
Но свобода – это потерянный рай».
2026



Андрей АЛЬПИДОВСКИЙ 


Спасибо большое Валентине Ерофеевой и всем коллегам из "Дня литературы"