ПУБЛИЦИСТИКА / Игорь ШУМЕЙКО. ВОЙНА И МИР… И ВОЙНА. Фрагменты из книги «Холодная война»
Игорь ШУМЕЙКО

Игорь ШУМЕЙКО. ВОЙНА И МИР… И ВОЙНА. Фрагменты из книги «Холодная война»

 

Игорь ШУМЕЙКО

ВОЙНА И МИР… И ВОЙНА

Фрагменты из книги «Холодная война»

 

Таким, пост-толстовским, слоганом можно описать ситуацию, накрывшую наших соотечественников в 1946 году. Мир после Великой Отечественной и… вторая «война» этой формулы, небезызвестная «Холодная».

Итак, 1946 год. Уинстон Черчилль – бывший премьер-министр Великобритании, но впереди у него ещё десятки лет, поразивших мир его витальностью, ещё одно премьерство, написание фундаментальной истории Второй мировой, Нобелевская премия. Действующий президент США Гарри Трумэн во время исторической речи стоял рядом и чуть поодаль.

К 60-й годовщине черчиллевской речи в Фултоне была обновлена экспозиция, проведена перепланировка Мемориала и библиотеки Черчилля. Символическое начало Холодной войны отметили специальной службой в церкви Святой Марии.

 

Речь Уинстона Черчилля

(Мои краткие комментарии выделены курсивом, а несколько развернутых, переносящих порой мысль в нынешний, 2016-й год, – даны отдельными отмеченными фрагментами. – И.Ш.)

 

– Я был рад прибыть в Вестминистерский Колледж сегодня в полдень и получить поздравления в связи с присвоением мне степени.

Название "Вестминстер" так или иначе знакомо мне. Я, кажется, слышал его раньше. В другом Вестминстере я получил большую часть моего образования в политике, диалектике, риторике и других вещах. Фактически это родственные учреждения. (Шутка. Обыгрываются титулы американского Колледжа и лондонского Вестминстерского округа, где находится королевская резиденция, Парламент).

Президент сказал вам, что это является его желанием, я уверен, что и вашим, чтобы я дал мою истинную и верную оценку этому беспокойному и трудному времени. Я, конечно, воспользуюсь этой свободой, и я чувствую, что имею право делать так, потому что любые частные амбиции, любые дикие мечты, которые я лелеял в свои молодые годы, сбылись.

Позвольте мне, однако, прояснить, что я не имею никакой официальной миссии или статуса любого вида, и говорю только за себя лично. Я не являюсь никем иным, как самим собой. Я могу поэтому, опираясь на свой жизненный опыт, позволить себе высказать свое мнение по проблемам, которые окружают нас на другой день после нашей абсолютной победы, и попробовать удостовериться в том, что сила, которая была получена ценой многих жертв и страданий, должна быть сохранена для будущей славы и безопасности человечества.

Соединенные Штаты стоят сейчас на вершине мировой мощи. Это –  торжественный момент для американской демократии. С этой мощью должна сочетаться страшная ответственность за будущее. Если вы посмотрите вокруг себя, вы должны ощущать не только чувство выполненной обязанности, но и беспокойство, боязнь не потерять достигнутое…

Hаша высшая задача и обязанность cостоит в защите всех людей от ужасов и бедствий новой войны.

Мировая Организация, созданная для главной цели –  предотвращения войны –  ООH, преемник Лиги Hаций, с решающим дополнением Соединенных Штатов и всего, что это означает, –  уже действует.

Есть, однако, определенное практическое предложение. Суды и судьи могут быть созданы, но они не могут функционировать без шерифов и констеблей. Организация Объединенных Наций должна быть немедленно оснащена Международными вооруженными силами…

Было бы, однако, неправильным и неблагоразумным вручить секретное знание или опыт атомной бомбы, который имеют Соединенные Штаты, Великобритания и Канада, организации, которая все ещё в младенческом возрасте. Люди всех стран спокойно спят в своих постелях, потому что эти знания и опыт по большей части находятся в американских руках.

Я не думаю, что мы бы спали так крепко, имея противоположную ситуацию, когда этим смертельным фактором монопольно обладали бы некоторые коммунистические или неофашистские государства. (...)

 

Комментарий 1. Философия «чудо-бомбы»

В принципе тема Черчиллем здесь заявлена интересная, имеющая даже философское измерение: как соотносятся наличие сверхоружия и спокойствие народа?

С 1945 года атомная бомба заняла в мировом сознании место, пустовавшее со времён веры древних народов в мифы. Чудо-оружие, Копье Вотана, Кольцо Нибелунгов. Волшебная Палочка сугубо военного применения. Жаль, но Черчилль приводит только два варианта ситуации: современный ему (бомба только у США) и… гипотетический – если бы бомбой монопольно обладали «некоторые коммунистические или неофашистские государства».

А рассуждая логически, возможны ведь три варианта бытования «чудо-оружия»:

1) только у врага,

2) только у тебя,

3) есть у обоих.

Эта предлагаемая мной классификация регистров геополитических состояний и их психологических оттисков даёт возможность заметить удивительный парадоксальный факт. Раньше почему-то не обращали внимания, что более всего США находились в состоянии страха –  как раз в период № 2. Именно, когда они монопольно владели чудо-оружием.

Тогдашний, конца сороковых годов, американский страх непрерывно нарастал, и в итоге вызвал то, чего американцы, в общем, сами стыдятся до сих пор: «Маккартизм», «Охота на ведьм».[1]

Еще раз напомню «исходник»: Черчилль прогнозировал «спокойствие народа» под щитом –  ядерной монополии. В СССР первое испытание атомной бомбы прошло в 1949 году. До середины 1950-х годов не было никакого мало-мальски угрожающего США ядерного арсенала СССР и средств доставки. И…

 

Продолжение речи Черчилля

–  … мы всё ещё должны обладать огромным превосходством, чтобы использовать это в качестве устрашения. В конечном счете, когда необходимое братство людей (курсив мной. И.Ш.) будет верно реализовано и воплощено в мировой организации со всеми необходимыми практическими гарантиями, чтобы делать это эффективным, эти полномочия были бы конечно предоставлены мировой организации.

 

 Комментарий 2

 Первая существенная проговорка Черчилля и первый эскиз характера «Холодной войны».

Симптоматично: «Эти полномочия», из контекста речи: полномочия на ядерную бомбу… Вдумайтесь, фактически, Черчилль здесь предлагает уговор: сначала –  необходимое братство людей, потом –  предоставим бомбу и всей ООН. («Утром необходимое братство –  вечером бомба».)

Может, сейчас я скажу нечто непривычное, но в принципе Черчилль и Трумэн имели право на такое заявление. Бомба, на тот момент, –  их. Имеют право давать/не давать её другим. Или давать, но только в подконтрольные руки. Почти справедливо.

Но что интересно, 70 лет никто не задавался вот каким вопросом… Вдумайтесь в условие Черчилля: «Если необходимое братство людей будет верно реализовано и воплощено в мировой организации со всеми необходимыми практическими гарантиями».

Тогда зачем атомная бомба – этому «реализованному братству людей»?

70 лет нет ответа! Правда, этот вопрос ранее и не формулировался –  наш просчёт. Мой вариант ответа, в условиях 70-летнего молчания: «необходимое братство людей» Черчиллем, Трумэном понималось как достижение их контроля над ООН, шире говоря – над миром. Тогда можно и предоставить Бомбу – ООН, любым организациям.

И ещё раз: имели право: давать/не давать/давать в подконтрольные руки. Обычное условие, так сказать «Техника (собственной) безопасности». Ведь необходимая «Инструкция по технике безопасности» – прилагается не то что к атомной бомбе – даже к вручаемой газонокосилке.

Но сама эта проговорка! –  подконтрольность называется: «необходимое братство людей».

А ведь действительно, с лозунгом «подконтрольности» – не придёшь же в чужую страну раздавать гранты, пестовать оппозицию, контролировать, финансировать одни выборы, или перечёркивать результаты других, подкармливать избранные СМИ, или учреждать Международные трибуналы. А с «необходимым братством людей»?! Или, после ребрендинга: «общечеловеческими ценностями»?

Проходило, и неоднократно! Это, по сути, эскиз того, как будет вестись «Холодная война», как раз в этот момент объявляемая. Одним из главных станет: идеологический фронт, и законы борьбы на нем будут именно таковы.

 

Ныне в Фултоне составился своеобразный «Музей холодной войны». В 2006 году на 60-летний юбилей были приглашены дочь Черчилля леди Мэри Соамс и его внучка Эдвина Сандис, а также внучатый племянник Трумэна. Позвали также президента Соединенных Штатов Джорджа Буша и английского премьера Тони Блэра, однако те приглашение отклонили.

А в предыдущие годовщины Фултонской речи там собирались многие мировые лидеры и политики, в том числе бывший премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер и экс-президент СССР Михаил Горбачёв (представьте только, какой слоган для его рекламной кампании: «Горячая пицца поможет и в Холодную войну!»).

 

Начальные условия задачи. «Ялта»

Не Победа во Второй мировой вывела СССР в мировые державы. Не Победа как таковая, дававшая лишь моральное удовлетворение, да ещё с оттенком горечи (потери!), а именно «Ялтинская система» – дом, крепость, выстроенные на фундаменте Победы, сделали СССР сверхдержавой.

Большинство дипломатов, историков, политологов называют «Ялтинскую систему» продолжением Вестфальской модели международных отношений, базирующейся на идее государственных суверенитетов. И хотя на сегодняшний момент основной стержень «Ялты» – биполярность миропорядка – исчез в… чаще называют 1991 год, но сохранились многие его элементы, зафиксированные в международных договорах, стабилизирующие международные отношения. «Ялта» задала в том числе и правила ведения Холодной войны. И хотя «Ялтинская система» – явление более широкого порядка, воспринимают её чаще как –  реальность, данную в ощущениях Холодной войны. Отсюда и весь негатив.

 

В хоре нынешних критиков «Ялты» легко различить два голоска, условно говоря: дискант пацифистов и фальцет восточноевропейских лимитрофов. Порой наблюдается некая сублимация: когда неудобно лишний раз ругнуть Россию – ругают (Сталинскую) «Ялту». Главный пункт критики: те самые восточноевропейские суверенитеты, так щедро отсыпанные предыдущим «Миром» – «Версальским» и ущемлённые ялтинским принципом «сфер влияния».

Критикам можно возражать попунктно, сравнивая все детали Версальского и Ялтинского мировых механизмов, вплоть до сравнения действий и действенности Лиги Наций и ООН. Но главное, нельзя выводить из поля сравнений «конечный продукт деятельности», забывать, что главной продукцией Версаля была Вторая мировая война.

И сегодня, 70 лет спустя, уже с неким оттенком абсурда… потеряв и только что вернув Ялту как город, и защищая «Ялту» как Систему, мы должны повторять: настоящая оценка Ялтинской системы международных отношений возможна только в сопоставлении её с предшественницей – «Версальско-Вашингтонской системой».

Да, можно сравнивать «Ялтинскую встречу» с… Всемирным конгрессом пацифистов, Фестивалем в Сан-Ремо, хипповой тусовкой Вудстока, выборами Мисс Вселенная, и делать суровый вывод: «Ялта», дескать, суровое, циничное, грубое мероприятие под диктатом Сталина… Но добросовестная оценка «Ялты» возможна только опять-таки: см. «Версаль, Вторая мировая война».

Выдающийся дипломат эпохи Холодной войны Генри Киссинджер будет не раз упомянут в этой книге, в том числе и как действующий ныне политик-реалист, подключивший свою знаменитую «челночную дипломатию» и в 2015 году встречавшийся с президентами России и США. Даже в своей статье «Как спасти Ближний Восток от коллапса» (A Path Outofthe Middle East Collapse, октябрь-2015, тема видна по заглавию) Киссинджер, «разруливая» кризис, начавшийся вторжением 2003 года США в Ирак, вспоминает основы устойчивой «Ялтинской» архитектуры мира: «США окончание Холодной войны казалось подтверждением веры в неизбежное торжество демократической революции. Но у России –  более сложный исторический опыт». Далее, признавая право России на собственную систему ценностей, указывает природу, источник этого различия. Не «недозрелость», не неготовность (пока) принять US/европейские ценности, а сама История. «Для страны, по которой на протяжении веков прокатывались иностранные армии с запада и с востока, безопасность всегда будет иметь геополитическое и правовое измерение». И наиболее важное признание: «Когда граница безопасности (курсив мой. – И.Ш.) перемещается с Эльбы на полторы тысячи километров на восток в сторону Москвы, в российском представлении о мировом порядке неизбежно появляется стратегический компонент».

Вот, упомянута «граница безопасности»… Политики уровня Горбачёва, подверженные дуновениям моды, объявили тот наш рубеж на Эльбе не соответствующим «новому мышленью». Либеральный хор подхватил: сферы влияния – не демократично, пережиток, и… НАТО в 150 км от Петербурга.

Киссинджер, заметьте, не подыскивает чего-то благозвучного взамен «сфер влияния», ограничивается вполне рабочим – граница безопасности. Но за этим стоит и фундаментальное: право на безопасность. И напоминание: рубеж на Эльбе – был не подарок России (как и право вето в ООН), а элемент новой конструкции мира, «Ялтинской».

 

Версальская прелюдия

Да, по «Версалю» не было «сфер влияния»[2]. Но ялтинское разделение Европы на сферы влияния –  совместное, американо-британо-советское решение, основанное не на эмоциях, не на Версальском «праве наций на самоопределение», которое в итоге так и осталось несовместимым с принципом «государственного суверенитета», гораздо более древнего, еще Вестфальского, 1648 года происхождения. И, кстати, опровергли, оставили принцип права наций на самоопределение –  «неработающим», как ни парадоксально, НЕ европейские агрессоры 1930-х Германия, Италия. Агрессия, вторжения –  давно знакомые, самые обыденные элементы международной политики.

НО… поведение Чехословакии в 1938 году и Литвы в 1939 – оказались принципиально новым словом в европейской истории. Сильные/слабые нации, победители/проигравшие армии потери/обретения территорий, государственной независимости были всегда. Но именно страны, рождённые Версальской системой, показали в конце 1930-х годов принципиально новое отношение к своим суверенитетам, границам. Литовский Мемель-Клайпеда, Чехословакия… попадали в руки Гитлера не по причине проигранных сражений, военных конфликтов. Государства, нации, о «праве на самоопределение» которых столько говорили в Версале, отказывались от подаренных суверенитетов и территорий –  именно, как от «случайных подарков», а не результатов собственного духовного, материального развития, борьбы. Гитлер получил в марте 1939 года Мемельскую область юридически безукоризненно. Как именно?

 

Литовский дивертисмент

Литве, государству, созданному в Версале, был там же передан от Германии Мемель с округой. Стратегически важнейший город, крупнейший военный порт и де-факто – столица Пруссии в период Наполеоновских войн.

Передан Мемель (Клайпеда) был под версальские гарантии, кстати, абсолютно аналогичные гарантиям, данным Польше, во исполнение которых, собственно, и была объявлена война пять месяцев спустя. Более того: сверх Англии, Франции (как у Польши) –  гарантами литовского суверенитета над Мемелем были ещё Италия, Япония (тоже Версальские строители)…

И вот 20 марта 1939 года Германия требует: «Во избежание пустой траты времени, отправить самолетом в Берлин полномочных представителей для подписания документа о передаче района Мемеля Германии».

Чтоб получить помощь гарантов, Литва должна была хотя бы только заявить о своём несогласии с требованием Гитлера.

Но Совет министров Литвы заявил, что: «не находит возможным выполнить требования ст.15 конвенции, заключенной между Литвой, Британской империей, Францией, Италией и Японией о Клайпедской территории».

21 марта Литва принимает это требование, и Гитлер юридически безупречно получает важнейший пункт на Балтике.

Как пишут сегодня литовские историки: «можно было бы кровью тысяч солдат вписать героическую страницу в историю. Но в территориальном отношении Литва в конечном счете только проиграла бы. Конечно, больно, когда рубят руку, но глупо подставлять еще и голову»...

Тут и сам Ландсбергис не переставит дат:

1939, март: Литва сработала на Гитлера (серьезно осложнив судьбу того, кто позже всё-таки… «подставит голову»).

1940, август: в Литву входят войска СССР…

1945 – Литва получает отбитую советской кровью ту самую Клайпеду, плюс Вильнюс (Вильнюс, правда, дарился Советским Союзом Литве ещё и в 1940 году).

2007 – Литва требует 24 миллиарда долларов «за советскую оккупацию».

Вот литовская логика. И ведь правы, по-своему: «Глупо подставлять немцам голову. – Россия подставила голову? – Значит, она глупа! – Значит, надо рискнуть с этим счетом, 24 миллиарда – на дурака». А Объединенная Европа-2 (Брюссельская), она ведь сохраняет симпатии Объединенной Европы-1 (Берлинской) – должна помочь!».

 

Т.е. Литва (а далее будет ещё более крупный пример – Чехословакия) отнеслась к самой идее своего суверенитета настолько по-новому, что политики стран-победительниц Второй мировой поняли, что будущую систему надо ставить совсем по-иному. Что и было реализовано через шесть лет, в феврале 1945 года в Ялте.

Но фиксировать внимание на этих отказах от суверенитетов «переподарением подарков Гитлеру» – правильно лишь отчасти. Это, конечно, подчеркивает опереточную легкомысленность стран Восточной Европы, но за ней ведь стояло и кое-что другое.

«Случайные подарки» – были не совсем случайные! Это не знаки каких-то симпатий к чехам, словакам, литовцам, румынам – а строительные элементы, кирпичики «Санитарного кордона» против России-СССР. И эта не-самоценность, функциональность своих «суверенитетов» отпечаталась в 1920-30-х годах –  в психологии, государственном менталитете стран-«лимитрофов». Так что когда проект хозяев, версальских архитекторов, рухнул (нацеливали на Восток – а угроза пришла с Запада) – собственных смыслов борьбы, сопротивления у них не нашлось. Рисков, сопряженных с жизнью нормальных суверенных государств, восточноевропейцы в 1930-х годах нести не пожелали!

 

Плавающий «суверенный курс»

Да, само признание странами победителями наличия «сфер влияния» – по определению ограничивало суверенитеты, но ведь они и раньше имели – эдакий, плавающий курс. Например, узнав про соглашение (ещё тегеранское) союзников о пос­левоенном включении Прибалтийских республик в СССР, Гит­лер тут же парировал: объявил Латвию, Эстонию – независимыми. Но самое интересное – его историческая мотивировка: независимость в 1918 году Латвия-Эстония получили фактически из рук фон дер Гольца, вытеснившего красные войска. Потом это своё завоевание (латышско-эстонскую независимость) Германия отдала в 1940 году – Советскому Союзу, а сейчас, в 1943, вольна забрать обратно. И прибалты приняли и эту аргументацию и «независимость» в 1943, собственно уже второй раз, считая от 1918 года. Добавилось несколько вывесок у комендатур в Таллине и Риге. О чём это говорит, кроме того что цена той прибал­тийской «независимости» –  «пфенниг в базарный день»? Да, именно: по пол-пфенига на Эстонию и Латвию.

Нельзя же не признать, что «Ялтинская система», отвечая за ход Холодной войны – и выход из неё, мирно преподнесла Риге-Таллину суверенитет – реально стоящий гораздо более, чем те два германских подарка 1918 и 1943 годов…

На этом контрасте с ранее провалившейся и строилась новая американо-британо-советская система, со сферами влияния (ответственности), что изначально ограничивало суверенитет тех, кто им так неудачно игрался в 1930-х.

 

История войны – война Историй

Сказать, что история Второй мировой войны фальсифицируется, интерпретируется исходя из сугубо послевоенных политических и даже экономических интересов – не Бог весть какое открытие. Но историческая динамика этих фальсификаций – вот что интересно проследить! Проще говоря: свои, глубоко различные, и даже антагонистические интересы у Британии, США и СССР были все эти годы, начиная, может с самого 1946-го, однако же попытка приравнять Сталина к Гитлеру, СССР к фашистской Германии, Красную армию к Вермахту –  эта «интерпретация» продукт самого недавнего времени. И речь идет о приравнивании СССР к фашистской Германии не на уровне каких-либо предвыборных, агитационных заносов, перехлестов в речах кандидатов, бывших в тот момент частными лицами. Речь идет о таких вещах, как например, резолюция комитета ПАСЕ лета 2009 года, приравнявшей «сталинизм и фашизм».

Немного удивительно, подобных обвинений со стороны наших западных оппонентов НЕ БЫЛО практически до конца 1980-х годов. Трагедию начала Второй мировой войны за эти 70 лет увязывали со многими странами, партиями, персонами, иногда просто вставляя в трафарет своих текущих недругов, сколь ничтожными они бы ни были.

Вдумайтесь: в Корейскую войну, Берлинский, Карибский кризисы – на самой грани Третьей мировой войны, Красную армию (с которой, может, послезавтра воевать) – никто к Вермахту не приравнивал, хотя идеологические машины работали на самую полную мощь! И вдруг где-то в начале 1990-х, когда якобы победили – Холодную войну (версия для Горбачева и иже), или победили – в Холодной войне (точная версия для себя, в соответствии с которой и разрабатывалась американская медаль), – в это время вдруг всё и началось.

Вывод, по-моему, такой.

История, конечно, и раньше была полем противостояния, определенным «ресурсом». Только раньше это и было противо-стоянием –  зрительный образ: наши и американские танки стоят в Берлине, уставив друг в друга стволы. А потом, когда одна сторона побежала, в конкретном физическом измерении это: передвижения бывших Групп войск в Германии… в передвижении границ НАТО, – тогда в наступление перешли и на других фронтах. Идеологическом в том числе.

Вот и очередное подтверждение: мы с тобой вместе победили её, Холодную, противостояние закончено, и вдогон –  на отступающие, тающие количественно танки вешается (впервые!) – ещё и шельмующий плакат: «Вы – то же, что и Вермахт!»

Пока стояли ствол-в-ствол таких попыток не было.

Наталья Нарочницкая как-то в нашей беседе указала на теоретическое обоснование этой глобальной идеологической перемены (прецедент – книги немецкого историка Эрнста Нольте). Главная тема Нольте: «фашистские явления», возникшие на волне погрома Первой Мировой войны, разрушение традиционного общества почти во всех странах Европы. Упор именно на том, что все страны Европы имели фашистские явления. Что вполне корреспондируется с современной западной политикой этих быстрорастворимых покаяний (недавно и Папа Римский каялся за Крестовые походы).

Но ведь этот процесс размазывания исторической вины идёт и дальше. Следующим шагом стали публикации уже из нашей страны, о –  преимущественной вине СССР. Такая вырисовывается изящная «трёхходовка»:

1. Виноват германский фашизм! (Бесспорно до начала 1990-х.)

2. Нет, мы все виноваты! Во всей Европе были «фашистские явления». Все будем каяться. (Теоретическая увертюра Нольте.)

3. Нет, виноват СССР – его фашистские явления были самыми фашистскими.

 

Так наш внутренний кризис, и как одно из проявлений: «коротичизм» в публицистике… помог запустить процесс, дошедший вплоть до приравнивания СССР к Гитлеровской Германии в той резолюции ПАСЕ 2009 года.

 

 

 

[1]  После стрельбы в Орландо, 15 июня 2016 г.,  в ответ на призыв претендента Дональда Трампа закрыть въезд мусульманам,  президент  Обама сказал: «Были моменты, когда США  действовали из страха, и мы сожалеем об этом».

 

[2]Правда, можно напомнить: были  Подмандатные территории. – «Так это ж… Ближний,  Дальний Востоки!  Версальские Подмандатные территории  это, где Дамаск, Багдад…»,  а критики сидят в Варшаве, Бухаресте, Вильнюсе!

Комментарии