ОТ РЕДАКЦИИ / Валентина ЕРОФЕЕВА. МИР, КОТОРЫЙ ТЫ НЕСЁШЬ… О «Большой-пребольшой книге». О премии
Валентина  ЕРОФЕЕВА

Валентина ЕРОФЕЕВА. МИР, КОТОРЫЙ ТЫ НЕСЁШЬ… О «Большой-пребольшой книге». О премии

 

Валентина ЕРОФЕЕВА

МИР, КОТОРЫЙ ТЫ НЕСЁШЬ…

О «Большой-пребольшой книге». О премии

 

В редакцию принесли книги. Гору. Гора долго лежала на стуле, горделиво возвышаясь над его спинкой.

Читать – не хотелось. Просто просматривать по диагонали – почти преступно: схватываешь внешнее, а внутреннее может ускользнуть, спрятаться.

Лежали… лежали книги… Насилу открыла первую – и в прямом и в переносном смысле: пришлось взрезать крепкий целлофан.

И опрокинулся мир…

 

Славная Славникова, собравшая почти все литературные премии и слева, и справа, и с «центру», с размаха своего таланта (безусловного, что уж тут говорить!) швыряет читателя в бесконечную, – как оказалось, до конца романа – бездну, населённую почти босховскими персонажами. Школьное детство главного героя проходит в окружении физруков с «водянистыми глазами-пузырями», видевшими только «толстых девочек в тугих трико»; учителя физики – тощего, «нескладного, с кадыком, похожим на древесный гриб»; матери учителя, она понадобится далее в романе, – бывшей балерины, «важной, слегка оскаленной мумии». Главный человек в жизни подростка – тренер – у Славниковой «с коричневой печёной лысиной и чёрной шерстью на груди, где запутался, будто комар, мелкий православный крест».

Мир природы и мир вещей, окружавших юного Ведерникова с детства, тоже изломан, искорёжен, размыт: берёза под окном – «толстая, как снежная баба»; троллейбус – «медленный, как корова»; овощи, которые нужно чистить в наказание, – «чёрные, дряблые»; кухонная плита – «поросшая жирной коростой»… И так далее и тому подобное.

Все «красоты» мира вываливаются на читателя из корзины изобилия авторской фантазии. И это всё с первых страниц романа – глазами, скорее, не самого подростка, а именно автора. Поэтому немудрено, что и далее «славная Славникова» в романе «Прыжок в длину» (конечно же, с «любовью» испечённом к Московскому чемпионату мира в надежде на…) швыряет своего Ведерникова из одного огня да в другое полымя: «Ведерников не пьёт, пробовал – не получилось… Это спасло его от простого человеческого распада, но подвергло, как он постепенно понял, распаду худшему: разрушению в полном сознании, по жгучей песчинке, по клетке, необратимо и страшно».

Распад… распад и разрушение, которое заботливо создают для своих персонажей славные славниковы…

К их когорте относится и автор следующей взятой из книжной горы книги – Андрей Филимонов в своих «Рецептах сотворения мира» (какова претензия!). К тому же здесь «с лёгкостью необыкновенной» – вприпрыжку, ёрничая – выписан весь роман. Читать его оказалось совсем уж невыносимо: открывая любую страницу, находишь примерно такие перлы:

«Стояло лето 1916 года. Брусилов колотил австрийцев в далёкой Галиции. Распутин, как цирковой силач, держал на плечах трон самодержца и стульчик наследника. …Кинозвёзды затмевали надоевшую войну, … отравленные пирожные княгини Юсуповой, падёж двуглавых орлов с крыш правительственных зданий, бунт крокодилов в Петрограде, заглотивших полицию со всей амуницией. Чуковскому понадобилось много опиума, чтобы скрыть ужасную правду в разбитной басне. … Говорили, что Герберт Уэльс привёз Ленину машину времени и они укатили в будущее, прихватив с собой изрядный кусок империи. Но это всё в столице, а провинция жила по старым календарям, не чувствуя истинного масштаба бедствий, возмущаясь только мелочами: переводом часов или новшествами в еде. Страшно раздражала овсянка, внедряемая англичанами, которые сначала были союзники, а потом стали интервенты.

– Иго-го! – кричали молодые люди, завидев на улицах барышень.

– Что это вы ржёте как лошадь? – хихикали барышни.

– Так ведь овёс кушаем-с!».

Складывается полная уверенность, что и романист Филимонов – тоже заядлый любитель овса.

 

Из этой же книжной горы-горной и Александр Архангельский, напустивший туману в «Бюро проверки», романе, по жанру заявленном как «и детектив, и портрет эпохи, и завязка сегодняшних противоречий». События укладываются в девять дней, перенасыщенных «историей любви, религиозными метаниями, просмотрами запрещённых фильмов и допросами в КГБ» (как же без них в диссидентских романах, даже если они опаздывают со своими «разоблачениями» уже на целую эпоху).

Особенно трогательно здесь смотрятся «запрещённые фильмы», да и допросы в КГБ, куда, конечно же, молодой человек попадает, судя по намёкам автора, не столь за посещение православного храма, сколь за параллельный этому просмотр запрещённого фильма об олимпиаде в фашистской Германии (конечно же, с обязательным намёком на пятый третируемый пункт, но здесь он высвечивается с точностью до наоборот, хотя зашифрован-запудрен до неузнаваемости).

Пресловутый пятый пункт проигрывается как-то весьма странно уже с самого начала романа в сцене встречи ученика с Учителем: «При этом он слишком резко поднял руки, повернулся – я увидел в вороте рубахи золотой нательный крест. Старинный, на тонком плетёном шнурочке. И это было как масонский знак, как тайное послание: тебе доверено, тебя включили!».

Куда включили, в какую очередную схему властителей мира сего? – а туману напущено именно на такой объём кодирования, зашифровки – нам, простым смертным читателям, конечно же, никто и не собирался объяснять-растолковывать. Зато стратегия попадания в такого рода горы-горные литературы данной «тематикой» обеспечена стопроцентно. И неважно, что «любовь» там расчетлива и прагматична, а «религиозные метания» имеют такую широкую амплитуду, о которой можно догадаться уже по вышеприведённому фрагменту.

Вязкая стилистика «Памяти памяти» Марии Степановой оказалась такой мудрёной, что вряд ли поможет даже аннотационный толкователь. А он гласит: «Новая книга Марии Степановой – попытка написать историю собственной семьи, мгновенно приходящая к вопросу о самой возможности сохранять память о прошлом, разбор семейного архива, оборачивающийся смотром жизни прошлого в настоящем, и история главных событий ХХ века, как она может существовать в личной памяти современного человека. Люди и их следы исчезают, вещи лишаются своего предназначения, а свидетельства говорят на мёртвых языках – описывая и отбрасывая различных посредников между собой и большой историей, автор «Памяти памяти» остаётся и оставляет нас один на один с нашим прошлым».

Вы что-нибудь поняли? Я, внимательно читавшая первую четверть романа, признаюсь, завязла в этой авторской (не сомневаюсь) аннотации. С чьим таким «нашим прошлым»? С прошлым дедушки Лёни из Саратова, который «намеревался поехать в Починки семьёй, имея в виду что-то вроде возвращения колен Израилевых, которых должно быть много». Но он так и не собрался в Починки, туда попадает, наконец-то, сама главная героиня, с которой был «путеводитель, обещавший красоты Арзамаса, и книжечка про Починки, изданная двадцать лет назад. Там упоминалась лавка еврея Гинзбурга (курсив М.С.), торговавшего швейными машинками, и это было всё».

Опять – пункт пять… Существенная часть усилий бабушек и дедушек главного персонажа (за которым притаился автор) в том, «чтобы остаться невидимыми. Достичь искомой неприметности, затеряться в домашней тьме, продержаться в стороне от большой истории…». Даже в войну это им удаётся: один – в заводской «броне», другой – на Дальнем Востоке воюется (простите за неологизм, но здесь именно так). Но всё бы ничего, пусть бы так и описывалось «житие» невидимок, ан нет, тут нельзя опять же и об аборигенах не упомянуть автору, хотя бы в связи со значением слова смотрящий. «На языке тюрьмы и зоны, которым пользуется существенная часть тех, кто вообще говорит по-русски (а вот теперь курсив мой, – В.Е.), смотрящий – тот, кто определяет правила и следит за их выполнением». Вот и приехали – опять на круги своя.

И, чётко определившись, далее уже знаток энного количества языков (плюс вышеупомянутого русского – «тюрьмы и зоны») свободно путешествует по всей Европе и далее, в поисках следов деда Лёниного «колена Израилева». Хотя тут же признаётся: «Моя семейная история состоит из анекдотов, почти не привязанных к лицам и именам, фотографий, опознаваемых едва ли на четверть, вопросов, которые не удастся сформулировать, потому что для них нет отправной точки, и которые в любом случае некому было бы задать. Тем не менее мне без этой книги не обойтись». И подволакивает за собой ещё не отшатнувшегося от «семейной истории» читателя далее – через венское подземелье Михаэльскирхе, с его «инвентаризованными и приведёнными в порядок человеческими костями», к восковым телам Йозефинума, в выставочных залах которого человек разумный «сервирован как блюдо с открытой брюшной полостью, на которой, как в ресторане, выложены блестящие хорошенькие органы…». Дальше цитировать ни возможности, ни желания нет – наш родной русский язык не воспринимает этот придыхательный восторженный смак, с которым идёт красочная опись «блестящих хорошеньких»…

И я на этом сломалась. Закрыла толстый романище с изуродованной, без ручек-ножек – кем-то отбитых, – фарфоровой куколкой на обложке. Читать более не стала.

 

К чему это я всю опись инвентарную горы-горной привожу? Если кто ещё не догадался, то это всё – короткий, из восьми претендентов состоящий список полуфиналистов громкой национальной литературной премии «Большая книга». Правда, без пухлого романа «Июнь» Димы Быкова (завсегдатая премии), в котором он кругами, на пятистах страницах – вокруг да около – ходил-ходил да и выходил в финале громокипящее «собственное» открытие Сталин = Гитлеру, Гитлер = Сталину, в общем, близнецы-братья. Здесь, безусловно, Дима переплюнул самого себя, но коли уж он только в финале выговорил эту формулу вслух, то может ещё раздумает её повторить – так в лоб – при выходе романа на широкую публику. Хотя наши либерал-демократы уже не единожды озвучивали её во всяких там политических шоу-битвах на шпагах и на пистолях.

Справедливости ради стоит отметить и роман Олега Ермакова «Радуга и Вереск», который тоже встроен в этот список. Но не могли же составители списка не увидеть вот этого: «И тут Косточкин понял, почему эти грязноватые и неряшливые люди показались ему странными: у обоих были чёрные выпуклые глаза и характерные носы. Ничего подобного Косточкин в своей жизни не встречал. Евреи опрятные люди». И страницей далее: «Издалека он увидел и спины искателей синагоги, восходивших по улочке. И тут же они скрылись. Наверное, дальше пойдут уже по воздуху». Ассоциации странные, но весьма прозрачные. Всё, знак качества ещё до семидесятой страницы романа поставлен – автор открыт для симпатий, к тому же аборигены, не ищущие синагоги, тут внедрены тоже: «На него взирали глаза подревнее этого дома, да и всего города с его башнями и домонгольскими храмами. И в то же время… выглядели парень и его товарищ как-то нелепо. … Косточкин не мог сделать и шагу за ними. Так и стоял, ждал, пока они ни скроются. Что случилось? Он же собирался сфоткать этих гостей откуда-то из пространства Шагала». М-да, аборигены града Смоленска, в который попадает наш герой-фотограф (любитель «тёмного пива и пары стаканчиков текилы»), напоминают ему каменных (или какие там они – бронзовые, из цемента?) уродцев московского Цветного бульвара.

А поскольку попытка фотографа Косточкина, любителя (см. выше чего), как-то слепить свою поездку в этот древний город «лихорадочно-духовной», на наш взгляд, почти провалилась, несмотря на разнообразие ощущений, нечаянно испытанных персонажем в этом полудиком сером пространстве, то тем более встроить роман в столь почтенный список восьми претендентов хозяевам премии необходимо было во что бы то ни стало. Ведь в нём скользят зачатки модных сейчас ростков: озабоченное толкование о национальной идее, камень в огород православия («попы снова, как при боярах, живут жирно») и прочие завлекательные штучки, без которых устроителей обвинили бы совсем уж в полном предпочтении одной и той же «национальной» специфики.

Впрочем, читать роман Олега Ермакова всё же стоит. На своих лучших страницах автор почти достигает освоения духовного (не «лихорадочно-духовного») пространства русской истории. Пусть через плотную маскировку, которая кое-где нивелирует достигнутое, размазывает его, но всё же от исторических фактов деться настоящему художнику всё равно некуда. А Ермаков на выходящих в историческое прошлое страницах своих даже с «помощью» вяло-инертного главного толкователя Косточкина выглядит вполне настоящим.

Опись горы-горной на этом, пожалуй, заканчиваю, хотя нетронутым, завёрнутым в плотный целлофан остался Гришковец со своим «Мемуарным романом». Но мой лимит заглядывания в пропасть исчерпан, дорогу к обратному движению её ко мне – намертво перекрываю.

 

«А напоследок я скажу…». Да, скажу, что у меня ещё одна книга долго пролежала. Просто не хотела пачкать её трепетную обложку «Свете тихий» своими не очищенными полностью после пропасти «Больших книг» пальчиками.

Но вот рискнула, пару дней тому назад – приоткрыла «Свете тихий».

И полилась жизнь! Полилось настоящее…

Возле сельского магазина вдруг задефилировала, зашагала туда-сюда «женщина с топором». Через весьма короткое время к ней подкатил «на разномастном мотоцикле муж. С головы на голову пересадил ей свой шлем, себе достал из коляски сетку от пчёл. В два притопа, три прихлопа завёл смесь «Урала» и «Явы», шумахером погазовал перед стартом. Мигнув, как макака красным задом, мотоцикл умчал топор в гудящий комарьём брянский лес, выглядывающий из-за последнего уличного дома».

Блеск! Степанова, дорогая, ты сама – Маня, Мария… Где ты видишь русский язык как «язык тюрьмы и зоны»?!

И дальше река разливанная – русской речи, русского мышления, русского характера. В мужичке, предлагающем заезжим орлам в нехилой машине купить два ведёрка слив, иначе пропадут, «свиней нет, скормить некому». Всего-то за 50 рублей. Москвичи для посёлка «виделись людьми добрыми, за 50 рублей они могут проехать лишь один раз на метро, а тут два ведра слив, выращиваемых целый год. Выгоднейшая сделка, кто понимает хоть что-то в торговле».

Степанова, и горькую иронию может выражать русская речь.

И что, вы предполагаете, дальше происходит? Да картина маслом разворачивается далее у автора «Свете тихий». В ней и две кошки, бредущие вдоль забора и вызывающие чёрный юморок у продавца слив, и евошная (ах, как вкусно говорят детки это слово!) же тёща, правда, оказавшаяся бывшей, с короной из накладной косы, подгоняющая прутиком, как гусей, кошек домой и параллельно отчитывающая бывшего зятька за неподобающий небрито-растрёпанный вид. И дальше в картине, так и просящейся с полотна на широкий экран чудесного русского фильма, – шедевр! – мужичок, так и не дождавшийся, что московские залётные джиповцы оценят его сливы и вместо этого заработавший шутливое: «– 150 граммов в кулёк», несколько секунд «вприщур глядел на шутника, оценивая степень оскорбления, потом медленно, не спуская с него взгляда, высыпал сливы под колесо». – Вот вам – ваша поездка в метро!

«Молча влезли в машину, Дима включил радио. Москва, как болтливая баба, взахлёб рассказывала о себе в новостях».

И это всего лишь зачин. В двадцатистраничном рассказе, давшем название книге, далее умещается целая галерея живых – дышащих, чувствующих, действующих – существ: трав, цветов, птиц, зверей, человеков.

Галки, «расхаживавшие вдоль дороги в ожидании добычи вальяжными гаишниками»; склонившие «до пыли слоновьи уши» лопухи; трёхлапая, «утыканная репейником псина», присевшая чуть поодаль и выхлопывающая смиренными глазами вкусного милосердия; баба Сима, разогнавшаяся идти, «а ноженьки меня не слышат»; баба Зоя, старая партизанка из брянского леса, которую и приехали забирать в Дом ветеранов добры молодцы из Москвы, сослуживцы её единственного родственника, погибшего в «горячей точке» внука Кости, та самая баба Зоя, которая обвела вокруг пальца, обхитрила добрых молодцев: по-партизански – в девяносто-то с лишним лет – удрала, спряталась от них, лишь бы не ехать в «райский» Дом ветеранов.

«Да, партизанская разведчица, но и они не Вольское училище тыла заканчивали, целый капитан с досрочным майором. Исчезнуть же она могла только в зарослях бурьяна за памятником, и Кречет, опять же потому, что сапёр, первым влез в репейник. Вытоптали бурьян и, уже в открытую паникуя, позвали на подмогу из клуба молодёжь. Прочесали окрестности с ней». Не нашли никого…

И вот тут второй раз выстреливает до поры до времени висящее на стене чеховское ружьё – тот самый мотоциклист, умчавший «женщину с топором» от магазина в брянский лес. (Хорошо, что сам топор здесь не чеховское ружьё, хотя… как знать, как знать… Да и брянский лес у автора с заглавной буквы…) Мотоциклист, как бывший председатель сметённого р-реформаторами колхоза-совхоза, успокаивает добрых молодцев:

«– Сбежала, что ли? – с полувзгляда понял растерянность приезжих и почему-то улыбнулся. Может даже предполагал подобное. – Во пионерка! – то ли радостно, то ли просто вычищая ветошью солярку между пальцами, потёр руки. – Она и у меня своевольничала, такую в оглобли загнать не загонишь. …А присмотреть присмотрим за ней. Мой внук Олежка её крестник, так что пригляд будет…».

Вот вам и хроника семейной жизни по-русски.

Вот вам и картина – маслом и кино-.

Но ведь не дадут, не допустят: пошловатых «Сватов» наращивать будут бесконечно, а бабе Зое – ни экрана, ни полотна маслом – не видать. Слишком много света, чистоты, мудрости и святой крепости народной в таких вот картинах русской жизни – от ушастого лопуха и трёхлапой собачки до погибшего в «горячей точке» за идею внука Костика.

 

 «Эти книги будут читать, о них будут помнить, по ним будут ставить спектакли и снимать фильмы…». Эта реклама назойливо бьёт по ушам изо всех электронных средств массовой информации уже около месяца.

Рекламируют книги из горы-горной. Они – все восемь – по-разному пройдут в финал, но национальная Премия наградит их всех. И не только денежно, но и громадными по-нашему времени тиражами, и то самое обещание «по ним будут ставить спектакли и снимать фильмы» – выполнит. И перевыполнит. Кому-то очень важно, чтобы в бездну, в пропасть заглядывало всё больше и больше людей. Желательно – массы. А она уж, эта пропасть, эта бездна, с каждым из заглянувших потом разберётся отдельно. В финале…

 

P.S. Книга «Свете тихий» принадлежит перу Николая Иванова. В ней девять «Новелл цвета хаки», каждая из которых равносильна по мысли и образному строю роману. И одна жанровая повесть, автобиографическая, о пленении, зинданном (до которой я пока не добралась в чтении «Света…»).

 

 

Комментарии

Комментарий #15276 11.12.2018 в 01:44

Жаль,что ее не выправил самостоятельно Ваш хозяин. Он знает о своей ошибке? Малая ошибка рождает большое недоверие

Редакция Дня Литературы 10.12.2018 в 16:03

На КОММЕНТАРИЙ #15268
Ну вот, что же вы отобрали у котёнка мышку?!
Какая-то "добрая душа" нам радостно намекала на некую ОШИБКУ, которую мы пропустили у Н.Ф. - раз семь намекала...
А нам и недосуг было отреагировать достойно, другими делами были заняты.
"Душа" удовлетворённо потирала ручки и опять намекала. Мы только успевали вычищать радостные намёки.
Ну вот - теперь и чистить нечего будет.)))))
БЛАГОДАРИМ КОММЕНТАТОРА #15268!!!
Никиту на Микулу - выправили!!!
В.Е.

Комментарий #15268 10.12.2018 в 15:05

Об "ошибке"... - Банальная оговорка, из которой раздувают слона. Из комментов с другого ресурса: "Селянинович — не Никита, а Микула. Никита — Кожемяка. Плохо знают былины. Теперь будут везде перепечатывать с ошибкой. Нехорошо." Просто информация, тема о другом, потому её лучше стереть.

Комментарий #15254 09.12.2018 в 20:43

Всему должно быть объяснение. Может, организаторы "национальной литературной премии" имели в виду конкретную национальность? Или возможность материальной поддержки художественного осмеяния власти и населения России либералами?

Комментарий #15253 09.12.2018 в 20:14

Смотрите статью Юрия Козлова на тему "БОЛЬШОЙ КНИГИ"
https://vm.ru/news/564582.html?fbclid=IwAR2EmtPFgp7jbsTgD-yVw_L9m6QOOZk6lYTaeg4Czgl1Er-27hrPIWXjTGs

Комментарий #15247 09.12.2018 в 17:00

ЛЮБОПЫТСТВА РАДИ ОЗНАКОМЬТЕСЬ - ПОБЕДИТЕЛИ УЖЕ ОГЛАШЕНЫ.
Цитируем, сохраняя орфографию интернет-"подлинника": "Победителем нынешнего года жюри «Большой книги» назвало московского поэта, прозаика и эссеиста Марию Степанову, написавшей замечательную книгу «Памяти памяти». На II-м месте оказался роман столичного литературоведа, публициста и литературного критика Александра Архангельского «Бюро проверки». Третью премию вручили московскому поэту, писателю и журналисту Дмитрию Быкову за книгу «Июнь».
За I-е место лауреат награды получит 3 миллиона рублей, а писателю, занявшему II-е место достанется 1,5 миллиона рублей, призеру III-го места вручат 1 миллион рублей".
ВОТ ВАМ И "национальная ЛИТЕРАТУРНАЯ ПРЕМИЯ "БОЛЬШАЯ КНИГА"!
"А ВАСЬКА СЛУШАЕТ ДА ЕСТ..." (Иван Крылов, басня)

Редакция Дня Литературы 06.12.2018 в 10:48

На КОММЕНТАРИЙ поклонника прозы Славниковой.
Вынуждены вычистить вашу последнюю "пылкую речь", поскольку в ней уже водо-в-ступе-толчение пошло.
За советы, прозвучавшие в начале вашего комментария, - благодарны. Они были бы кстати и очень дельные, если бы позволили и нашей версии существовать на таких же равноправных основаниях с вашей.
Но в народе русском евангельская цитата преобразовалась ИМЕННО в это выражение «метать бисер перед свиньями» (на Руси жемчуг называли бисером) и стала крылатой, т.е. той самой пословично-поговорковой. (Ну о яме выгребной - умолчим, в надежде, что и здесь версия наша имеет право на существование помимо вашей.) И - совет: давайте не будем заставлять скучать и зевать читателя нашей затянувшейся комментарной переписки. Прекратим то самое пресловутое водо-в-ступе-толчение. Есть что сказать новое, свежее - говорите. Нечего сказать - есть на этот случай золотое молчание.
С добрыми пожеланиями (несмотря на ваш бисер...) -
В.Е.

Редакция Дня Литературы 06.12.2018 в 09:53

На КОММЕНТАРИЙ #15186
Перечитали всё выступление на праздничном вечере - даже под микроскопом не обнаружили ни орфографическую, ни пунктуационную "мину". Ошибся - "снайпер"?!

Комментарий #15189 06.12.2018 в 07:55

"РЕЧИ" ИВАНОВА ПИШЕТ САМ ИВАНОВ. Первое.
Второе - скорее, это будет называться не "речи", а несколько по другому (см. курсивное обозначение жанра выше в названии).
Третье. Благодарим за "помощь" в обнаружении мин на поле русской орфографии. Низкий поклон "снайперу".

Комментарий #15186 06.12.2018 в 03:03

Кто писал речь Иванова на праздновании в ЦДЛ? Там есть ошибки.

Комментарий #15184 06.12.2018 в 00:13

Спасибо. Ждем рекомендаций и разъяснений.

Редакция Дня Литературы 05.12.2018 в 22:13

На вопрос КОММЕНТАТОРА #15164. "Состоялся ли Пленум? Если да, то какие решения приняло руководство СПР?" ответим.
Пленум - состоялся.
Решения его будут опубликованы и на сайте РП и у нас - чуть позже. И разосланы на места вместе с рекомендациями и разъяснениями.

Редакция Дня Литературы 05.12.2018 в 21:14

Ответ на КОММЕНТАРИЙ #15170
Напоминаем, что комментарии не "трут", а вычищают.
Здесь у нас не помойная яма. Учитесь дискутировать, а не срывать на комментариях виртуального пространства своё скверное настроение.
Вас попросили аргументировать своё нравится - не нравится. Всего-навсего.
Не хотите говорить о достоинствах прозы Славниковой - не надо.
Но вот о бисере, который мечут перед определённым видом животных в русских пословицах, пожалуй, вы зря здесь упомянули.
Хотя... если вы поклонник прозы Славниковой, это как раз и объясняет ваше "бисерометание".
В.Е.

Комментарий #15170 05.12.2018 в 19:52

Если вижу, то и говорю, что вижу. Судя по тому, что комментарии трут, не всем вход свободный. И могу и хочу сказать, и говорю, только кому сочту нужным. Бисер метать не буду. И в таком тоне, как Вы, не общаюсь. И зачем Вам знать мои мнения о Славниковой? Придерживайтесь своего, это честнее. Могу Вам сказать, что я Вашего мнения о себе не спрашиваю - могу ли я, хочу ли я, и чего хочу, и какой я читатель. Это Вы меня спросили про Славникову, а я Вас о себе не спрашивал. Поэтому Ваши рассуждения обо мне - в пустоту. А уж Вашего осуждения я не только не боюсь, а даже настаиваю на нем. Осуждайте по полной!

Комментарий #15165 05.12.2018 в 15:56

#15161 Не обязательно, но... Видит? Или говорит, что видит? Почему нет? Сюда никому вход не заказан.
# 15160 Не обязаны. И не обязывались. "Не можете или не хотите". Значит, не хотите. Но и не факт, что можете. Или не стыдитесь. Даже если искренни. Хороший читатель стремится к объективности, потому заинтересован в обсуждении. Автору представит свою точку зрения дано. Как дано не опасаться осуждения. Но дано не каждому.

Комментарий #15164 05.12.2018 в 15:02

Состоялся ли Пленум? Если да, то какие решения приняло руководство СПР?

Комментарий #15163 05.12.2018 в 12:37

Для # 15160. С чего Вы решили, что я не могу отметить достоинства? Просто обязан ли я делать это всего только для удовлетворения Вашего интереса? Чего ради? У меня нет такой задачи.

Комментарий #15161 05.12.2018 в 07:28

По Вашей логике, если человек видит достоинства, то он заинтересованное лицо?

Комментарий #15160 05.12.2018 в 04:27

#15158 "Жюри подбирает генеральный директор", которого подбирает учредитель. Жаль, что, не имея ничего против победителей, Вы не можете или не хотите отметить достоинства их произведений, было бы интересно. Особенно, если Вы лицо незаинтересованное. Искренне.

Комментарий #15158 05.12.2018 в 03:58

Жюри подбирает генеральный директор. Анализ обсуждайте сами. Я ничего не имею против победителей этой премии.

Комментарий #15155 04.12.2018 в 23:27

"Бодяга"?)) "Чукча не читатель - чукча - писатель"?))
На пальцах, последовательно:
Есть "Центр поддержки отечественной словесности" с председателем Совета «Центра» в лице заместителя руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Этот "Центр" является Учредителем Национальной литературной премии «Большая книга». Учредитель (Центр") назначает Генерального директора премии (п.7.1).
Генеральный директор премии (п.7.3):
- представляет Совету попечителей кандидатуры членов Литературной академии, сопредседателей Литературной академии, членов Совета экспертов,
- организует работу Совета экспертов и Литературной академии,
- формирует секретариат премии и руководит его работой,
- входит в состав жюри Премии - Литературной академии.
Совет попечителей представленные кандидатуры членов жюри утверждает.
Жюри, включая назначенного Учредителем Генерального директора премии, голосует. Так, как голосует.
Так с кого и чего таки задаётся итог голосования? - С Учредителя, что выбирает того, кто представит жюри.
Кстати, обвинений пока ни в чей адрес не было - было предложение в перспективе работать с Учредителем. А заступников-то!!...
Лучше бы про статью поговорили - превосходный анализ!

Комментарий #15149 04.12.2018 в 14:51

Сейчас в России 679 литературных премий.

Комментарий #15148 04.12.2018 в 14:44

Насколько мне известно, подписывает представление о жюри генеральный директор. Учредитель занимается деньгами и спонсорами.

Комментарий #15147 04.12.2018 в 14:38

Посмотрите комментарий 15115. От него и началась бодяга с Учредителем.

Комментарий #15145 04.12.2018 в 14:27

На #15139
Учредителем Национальной литературной премии «Большая книга» является «Центр поддержки отечественной словесности», председателем Совета которого является заместитель руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
И кто говорил, что окончательное решение о присвоении премии за Учредителем? - Никто!
Оно за ЖЮРИ! Фамилии которого - на утверждение - предписал своим представлением Учредитель. Является это для кого угодно основополагающим или нет) Чем руководствуется в выборе фамилий Учредитель, не нам знать, но кого он в жюри выбрал - те и голосуют. В соответствии со своими предпочтениями.
Потому не прятать голову в песок, а работать с Учредителем надо. В т.ч. - предлагать в жюри свои - определяемые СПР - кандидатуры.

Комментарий #15139 04.12.2018 в 12:45

Генеральный директор это не Учредитель. Совет попечителей - тоже. Нигде не написано, что окончательное решение о присвоении премии осуществляет Учредитель. У меня был акцент именно на это. И понятие "по представлению" для меня но основополагающее.

Комментарий #15138 04.12.2018 в 12:11

На #15131
Документы надо уметь читать. Этот даже толковать не обязательно - доступно написан. Читайте Положение, пункт 5.1:
ПОЛОЖЕНИЕ / 5. Жюри премии - Литературная академия
5.1
Состав Литературной академии утверждается Советом попечителей премии ПО ПРЕДСТАВЛЕНИЮ генерального директора премии.


Комментарий #15137 04.12.2018 в 11:44

На #15121
Никто не сомневается, что премии - это групповая институция, и выбор победителей зависит от того, из чьих "рук" она вручается. Давно известно, что бывают премии из патриотических рук, а другие - из либеральных. Кому-то нравится одно, другим - другое. Соответственно на своих ресурсах одни ругают других. Своеобразная двухпартийная система.

Комментарий #15131 03.12.2018 в 23:31

Задачи Учредителя определены в Положении о премии. Жюри назначает не он.

Комментарий #15130 03.12.2018 в 23:04

На #15124
Учредитель и не должен ничего читать. Но по его представлению назначается жюри. Он вносит фамилии тех, кто читает и голосует.

Комментарий #15124 03.12.2018 в 17:58

Существует Положение о национальной литературной премии "Большая книга". Там написаны основания, по которым организаторы премии присуждают ее авторам. В частности, Премия "учреждена с целью поиска и поощрения авторов литературных произведений, способных внести существенный вклад в художественную литературу России, повышения социальной значимости современной русской литературы, привлечения к ней читательского и общественного интереса". Все-таки окончательно решение о том, кому присудить премию, выносит и победителей выбирает жюри, Литературная академия. Про Учредителя написано, что он " организует присуждение премии и несет расходы, связанные с выплатой денежной части премии, изготовление наградных комплектов, их торжественным вручением и организацией работы органов премии". Там не написано даже, что он должен или обязан читать конкурсные произведения.

Комментарий #15121 03.12.2018 в 15:48

На #15116
Именно учредитель назначает генерального директора премии, ПО ПРЕДСТАВЛЕНИЮ КОТОРОГО Совет попечителей и "ФОРМИРУЕТ Совет экспертов, литературную академию". Список финалистов формируется Советом экспертов Премии из произведений «Длинного списка» и передается Литературной академии для рассмотрения и выбора лауреатов Премии. Так разве не предлагающий "судей" учредитель есть именно та "голова", с коей порой "гниёт рыба"? Председателем Совета «Центра», что является учредителем Национальной литературной премии «Большая книга», является заместитель руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. С которым вполне можно взаимодействовать СПР. Даже критикуя, поправляя и предлагая свои кандидатуры на представление Совету попечителей. Н.Р.

Комментарий #15118 03.12.2018 в 12:37

На #15116.
Возможно и заслужила Славникова премии, но статья как раз и ставит вопрос - за ЧТО заслужила.
Качество заслуг и "адрес" их поступления раскрывается.

Комментарий #15116 03.12.2018 в 10:28

Разве учредитель премии решает, кому дать премию? Вроде бы для этого есть жюри. И если Славникова получила не одну, а несколько премий, значит, все-таки она заслужила признание.

Комментарий #15115 03.12.2018 в 03:56

Да уж... Всё по полочкам!! Почему бы не ознакомить с данным анализом учредителя национальной литературной премии «Большая книга» в лице председателя "Центра поддержки отечественной словесности"? Абы соотнёс с целями "Центра" и задумался. Н.Р.

Комментарий #15091 01.12.2018 в 19:42

Блестящий анализ, который наводит на самые печальные мысли: зачем всё это? Зачем список вершителей с одними и теми же - от Свинаренко до Эрнста (цирк!). Зачем из Славниковой делают классика и несут охапками все премии. Какая-то фантасмагория! А она - славит стихи своего мужа-стихотворца Пуханова... СКулы сводит!
ПАРОДИЯ
Нелепая затея,
Ничтожные дела:
В далёкую Икею
Нас бедность привела.
Мы съели по хот-догу
И помолились Богу...
Василий Пуханов

И БОГ ПОМОГ!
По скромному достатку
За мебелью пошли,
Но вовсе не в Итаку –
В Икею забрели.

Ни кресла, ни комода –
Какой-то винегрет:
Увы, не Altamoda –
Не итальянский бренд.

Конечно, это горько,
Когда семья бедна,
Но Славникова Ольга
Не зря моя жена.

Она без лишних прений
Взялась бюджет латать -
Литературных премий
Решила нахватать!

Романы получились
Ни сердца, ни уму…
Мы Богу помолились
И съели шаурму.

Редакция Дня Литературы 01.12.2018 в 15:13

НА КОММЕНТАРИЙ #15084 и #15083, писанных одним "пером".
"СВЕТЕ ТИХИЙ", друг-комментатор, а не "Святое тихое", по вашей версии. Что полностью раскрывает ваше НЕчитание рассказа, мы даже не упоминаем о всём цикле.
Что касается обвинения автора в лицемерном подобострастии, то и здесь вы - мимо проскочили.
Даже на нашем сайте есть две-три давних публикации (до 15 февраля 2018 съездовского года) с очень подробным анализом прозы Николая Иванова РАЗНЫМИ авторами. НУ что, "господин соврамши", комментарии ваши засчитываются вам в минус. Не получилось "сенсации"...
Будьте ответственнее впредь.

Комментарий #15084 01.12.2018 в 10:16

"Святое тихое" - обычный рассказ. Вспомните старух и старушек у других писателей, прежде всего, классиков.

Комментарий #15083 01.12.2018 в 10:12

Не все, что печатают в журналах - шедевры. О прозе Н.Ф. Иванова загоаорили, когда его выбрали председателем.

Комментарий #15062 30.11.2018 в 15:43

Начал читать Архангельского. И вскоре заскучал, показалось, что вместе с самим автором.

Комментарий #14989 26.11.2018 в 12:00

Станислав Юрьевич, скорее всего, в запале спора-дискуссии что-то нелестное мог произнести по поводу прозы Н.Ив.
Но у него верный вкус на настоящее и, думаю, он знает истинную цену того, что сам же в НС и публиковал.
В.Е.

Комментарий #14986 25.11.2018 в 23:31

к комментарию 14985 - Это касается "Света тихаго", конечно.

Комментарий #14985 25.11.2018 в 23:25

Здорово! Пускай устыдится главред "нашего современника"! Ю.Сербъ

Комментарий #14978 25.11.2018 в 18:05

Побольше таких статей. НЕРУССКО- БЕЗЪЯЗЫЧНУЮ ЛИТЕРАТУРУ НАДО ХЛЕСТАТЬ БЕЗЖАЛОСТНО,КАК ГЕРОИ ГОГОЛЯ ЧЁРТА В МЕШКЕ ХЛЕСТАЛИ!

Комментарий #14960 24.11.2018 в 13:19

На КОММЕНТАРИЙ #14937.
Светлана, женщинам вообще вредно читать такие рОманы. Даже поэтессам, как вы. Грязи много, а толку мало. Только критикам можно туда внедряться иногда.

Комментарий #14946 23.11.2018 в 19:00

Так, друзья, спокойно!
Без необоснованных обвинений и грубостей!
Здесь пока все единомышленники. Не хотелось бы вас вычищать с комментариями.
С признательностью -
Валентина Ерофеева

Комментарий #14945 23.11.2018 в 18:38

Я никакую лапшу не вешаю, так они меня гневят не меньше чем всех остальных. Просто по горячей скачал официальный список, который у них же висит. Чо каждое движение объяснять что ли надо? "Лапшу" ...

Комментарий #14943 23.11.2018 в 17:29

На комментарий 14940. Не надо вешать лапшу на уши перечислением тех "свадебных генералов", которые якобы принимают решение в жюри. В третьем от начала комментарии (14930) было сказано о внутреннем техническом жюри, куда входят Андреев из "Октября", Бутов из редакции "Нового мира", а всего 7 человек, из них трое из спецслужб и четверо либералов. Они-то и отбирают "нужное", отсеивая "ненужное". Например, в последний момент протащили в лауреаты Гранина и т.д.

Комментарий #14941 23.11.2018 в 15:54

Да Юрий Поляков критически отозвался о Премии. И его тотчас же убрали из жюри.

Комментарий #14940 23.11.2018 в 14:42

Литературная академия - жюри Национальной литературной премии "Большая книга". Формируется Советом попечителей. Определяет лауреатов премии из числа произведений, вошедших в "Список финалистов".

В Литературную академию могут быть приглашены профессиональные литераторы, деятели культуры, научные работники, общественные, государственные деятели, журналисты, предприниматели.


Абель Валерий Анатольевич
Авен Петр Олегович
Александров Николай Дмитриевич
Алексеев Олег Борисович
Амелин Максим Альбертович
Архангельский Александр Николаевич
Асламазян Манана Альбертовна
Бак Дмитрий Петрович
Бакатин Дмитрий Вадимович
Барковец Ольга Исхаковна
Барметова Ирина Николаевна
Бартова Светлана Федоровна
Басинский Павел Валерьевич
Березин Владимир Сергеевич
Бирюков Дмитрий Вадимович
Битов Андрей Георгиевич
Бондаренко Владимир Григорьевич
Буканова Роза Гафаровна
Василевский Андрей Витальевич
Василенко Светлана Владимировна
Васильев Сергей Александрович
Вексельберг Виктор Феликсович
Витрук Аркадий Александрович
Волкова Наталья Степановна
Гафин Александр Дмитриевич
Герцев Андрей Александрович
Гладкова Алла Михайловна
Гнатюк Андрей Климентьевич
Гордин Алексей Яковлевич
Гордин Яков Аркадьевич
Громова Ольга Константиновна
Дегтярь Михаил Борисович
Дементьева Наталья Леонидовна
Додин Лев Абрамович
Долецкая Елена Станиславовна
Ермолин Евгений Анатольевич
Зверев Сергей Александрович
Златопольский Антон Андреевич
Зубакин Василий Александрович
Иванов Александр Терентьевич
Иванова Наталья Борисовна
Игнатенко Виталий Никитич
Ицкович Дмитрий Соломонович
Йордан Борис Алексеевич
Казаков Алексей Геннадьевич
Кан Александр Михайлович
Каменева Марина Ниловна
Капков Сергей Александрович
Кобаладзе Юрий Георгиевич
Колесов Александр Владимирович
Копьев Вячеслав Всеволодович
Костанян Алексей Львович
Костин Евгений Александрович
Кудрявцев Демьян Борисович
Кудрявцева Людмила Алексеевна
Куприянов Борис Александрович
Кучерская Майя Александровна
Кучкина Ольга Андреевна
Ларина Ксения Андреевна
Лесин Евгений Эдуардович
Лимбах Иван Юрьевич
Лихоманов Антон Владимирович
Маканин Владимир Семёнович
Маркоткин Михаил Юрьевич
Мартынова Шаши Александровна
Марчелли Евгений Жозефович
Мелихов Александр Мотелевич
Минаев Борис Дорианович
Михеев Алексей Васильевич
Молчанов Денис Владимирович
Морев Глеб Алексеевич
Морозова Ольга Васильевна
Мясникова Елена Ольгердовна
Набоков Александр Михайлович
Наринская Анна Анатольевна
Немзер Андрей Семенович
Новиков Олег Евгеньевич
Новикова Елизавета Владимировна
Панченко Ирина Александровна
Паухова Татьяна Олеговна
Писарский Игорь Владимирович
Привалов Александр Николаевич
Прозоров Юрий Михайлович
Роднянский Александр Ефимович
Свинаренко Игорь Николаевич
Сельянов Сергей Михайлович
Сенчин Роман Валерьевич
Славгородский Евгений Игоревич
Сукачев Вячеслав Викторович
Тарасов Борис Николаевич
Толстой Владимир Ильич
Тимакова Наталья Александровна
Третьяков Виталий Товиевич
Урушадзе Георгий Фридонович
Фридман Михаил Маратович
Фролова Лидия Викторовна
Харитонов Владимир Владимирович
Хейден Лиза
Чупринин Сергей Иванович
Чуров Владимир Евгеньевич
Шалак Владимир Иванович
Шинский Павел Николаевич
Шишкина Марина Анатольевна
Шохин Александр Николаевич
Шторх Андрей Алексеевич
Шубина Елена Данииловна
Шульпяков Глеб Юрьевич
Эдельштейн Михаил Юрьевич
Эпштейн Михаил Наумович
Эрнст Константин Львович
Юферова Ядвига Брониславовна

Комментарий #14939 23.11.2018 в 14:38

По поводу премии Большая книга и её жюри в своё время написал Ю.Поляков.

Комментарий #14937 23.11.2018 в 12:07

Статья честная! В первую очередь. И смелая! Потому что у нас чаще всего лишь рукоплескания и поглаживание по плечу между даваниями премий. Я сразу кинулась читать все эти книги. Хотя бы для просмотра и для интереса, что там - на этом поле? Есть ли полезные и сладкие плоды. Либо нет? От недозрелых плодов есть ли польза? А Валентине Ерофеевой спасибо за обстоятельный обзор! Светлана Леонтьева. Н. Новгород

Комментарий #14935 23.11.2018 в 11:25

Валентина, я тут на вскидку открыл прозу обсуждаемой авторши: "В руках у Крылова болтался пакет, куда был туго забит верблюжий свитер, темневший раздавленным волосом сквозь полинявшую рекламу спутниковых карт. Свитер надо было отдать профессору Анфилогову на замену того, что оказался напрочь уничтожен молью: на севере, в том секретном распадке, куда экспедиции предстояло добираться при удаче три недели и где угревалась на жирном припеке, с потрепанной бабочкой на горячем боку, завезенная зимой на снегоходе бочка бензина, весна еще только вступала в права – и под пьяными елями, в укрытии их широких черных шалей, еще белел присыпанный иглами каменный снежок. Размазывая ботинками сырую кашу облетевшей черемухи, Крылов проскочил привокзальный сквер; взглянув на серую башню с квадратными часами, где стрелка, как палка слепца, только что ткнула и не попала в римское IV, он сообразил, что успевает, и даже с запасом". Или "Долговязый Колян, улыбаясь мокрыми железными зубами, влез в постромки лично им пошитой сумки, где весомо покоилась краса и гордость экспедиции: купленный вместо услуг стоматолога японский движок. Василий Петрович, небрежно, будто на вешалку, набросив себе на голову тряпичную кепчонку (все-таки в нем ощущался аристократ и профессор философии), повел свой маленький отряд через промозглый туннель, занятый табором приехавших на заработки азиатских нищих, уже поставивших под жидкий монетный дождик (профессионально чувствуя, где именно протекает здешняя крыша) видавшие виды коробки из-под жвачки." Ну? Раздавленный волос... Пошитая сумка... Но это ладно - можно отспорить. а общую перегруженность куда деть? Хочется сказать: ну косишь под Набокова - так делай красиво хоть! Вы оченно точно сказали про продирание сквозь дебри ради надежды на финал. "Лавра" например я с трёх попыток под уговоры разных оценивших - не смог прочитать до конца.. В последний раз добил дорогу почти до конца - осталось четверть расстояния "до избушки". И плюнул и вернулся назад. И подумал: на ково лешака мучиться-то, когда я открою Астафьева или ушедшего нелепо от нас Олега Олеговича Павлова и с первой строчки буду получать просто наслаждение. Помните его даже просто посвящение (к "Казённой сказке") - "Русским капитанам этим крепчайшим служакам посвящается". Всё, я уже в русской прозе. Мне по барабану куда он и когда выведет, потому что мне созвучно дыхание, шаг винта, да всё, а главное, что с такой приверженностью к традиции русского слова - художник не может не привести куда надо. Его ответственность сама выведет.

Комментарий #14934 23.11.2018 в 10:46

На КОММЕНТАРИЙ #14932.
Вы правы, наверное. Но так хотелось не поверить в это при прочтении, положим, романа Ольги Славниковой. Ведь проза - настоящая - иногда именно последней своей страницей разворачивает всё к Свету. Вот и продираешься сквозь дебри навороченного в надежде, что вдруг там - в финале - именно эта вспышка Света (как у Захара Прилепина, к примеру, в "Обители") и проявится. Была попытка прорыва и у Славниковой, и у Архангельского, но такое ощущение, что авторы или искусственно это притягивают, или сами пугаются, долго пробыв во мраке, этого света.
Романы - умные, но гипертрофированно умные, особенно у Славниковой и Быкова, - за счёт почти полного отсутствия души в них. Редчайшие страницы делают попытку выходить не на умствования бесконечные, а на просто душевное восприятие и воспроизведение.
К сожалению...
Ваша -
В.Е.

Комментарий #14932 23.11.2018 в 08:58

Если бы не разрушающий для отечественной культуры эффект от подобной литературы (которую протаскиваю всякие Большие книги), то можно было бы пожалеть авторов за убогость и безрадостность их душевного нутра, за то, что не увидели они вокруг себя ничего, кроме водянистых глаз, действительно несчастные люди, которым не повезло. Не то родились не там, не то склад души такой. И в который раз благодаришь Бога, что подарил тебе (и твоим близким по духу, а по сути - просто нормальным людям) - и дивную могучую природу, и несусветных людей, которые открывали и открывают тебе этот мир, - открывают через любовь, труд, служение, традицию. Поэтому правда и сила за нами! А убогим - и удел убогий. Так ведь, Валентина? МТ

Комментарий #14931 23.11.2018 в 08:41

Да, Валентина... Происходящее имеет тотальный характер. У нас в Краевом центре в магазинах Читай-город провели перестройку: русскую литературу переименовали в "российскую" и убрали в задний ряд. Абсолютно серьёзно. Причём продавчиха даже сама сказала : "А там вот в заднем ряду посмотрите". На вопрос, кто это измыслил, сказала: что "С Москвы велят". Сибирской региональной прозы отдельно вообще нет как таковой. А на входе в лавку зато стол с новинками в стиле "Большой книги". Прямо шибат в глаза посетителям. Хотел даже пофотографировать разделы и провести анализ их тематики и доли в них русской литературы. Она будет мизерная. Зато куча иностранной, куча всякой мистики, и прочее прочее. Красноярский край. МТ

Комментарий #14930 23.11.2018 в 08:32

Ответ на комментарий 14926, кто входит в жюри "Большой книги". Есть большое официальное жюри, которое мало что определяет, но есть ещё и якобы "техническое" жюри, которое производит первоначальный отбор книг, так чтобы уже для большого жюри всё было ясно. Это малое якобы техническое жюри (но на самом деле оно-то всё и определяет) также не скрывается и состав его сообщён на сайте премии, но как-то мимоходом, без акцентирования. Там расклад такой: на двоих представителей спецслужб - три либерала, чтобы последние были всегда в большинстве. А кто есть кто - угадывайте сами. (Догадаться и просто, и сложно одновременно, ибо... дальше читатель достроит фразу сам )

Комментарий #14928 22.11.2018 в 21:59

Уважаемая Валентина Григорьевна! С задачей обзора Вы как критик справились блестяще. Но, думаю, чего это стоило - читать тексты, написанные без сердечного порыва, а только под премию. Требуйте моральной компенсации! Пусть организаторы премии учредят приз за самый яркий анализ, и читатели "Дня литературы" дружно проголосуют за эту публикаю и её автора. Михаил Попов (Архангельск)

Комментарий #14926 22.11.2018 в 20:51

Да, небезинтересно было узнать, за что нынче дают премии. "А судьи - кто?" - кто входит в жюри "Большой книги"?

Комментарий #14923 22.11.2018 в 17:14

Замечательная статья, справедливая. честная. Удивителен и странен выбор номинантов.
Видимо. в расчете на полный идиотизм и равнодушие читающей публики.
Спасибо за объективный взгляд на ситуацию.