ПУБЛИЦИСТИКА / Михаил ЛАПШИН. О ПЕРВОМ КОСМОНАВТЕ. К 85-летию Юрия Гагарина
Михаил ЛАПШИН

Михаил ЛАПШИН. О ПЕРВОМ КОСМОНАВТЕ. К 85-летию Юрия Гагарина

 

Михаил ЛАПШИН

О ПЕРВОМ КОСМОНАВТЕ

К 85-летию Юрия Гагарина

 

Юрий Алексеевич Гагарин полетел в космос 12 апреля 1961 года. Я об этом услышал от своего товарища, когда наш восьмой класс в тот весенний день шёл сдавать нормативы ГТО на стрельбище, располагавшееся на краю села Покровка Приморского края, на Дальнем Востоке. В этом селе, как говорят военные, «стояла» дивизия, в которой служили отцы многих моих одноклассников. Мой друг сказал это так буднично, как будто космонавтов запускали каждый день, хотя мы и слово-то это узнали позже, когда началась безудержная кампания государственной радости. Кстати, славили не учёных, создавших чудо-корабли, а молодых лётчиков, с минимальным количеством налётных часов.

Отцом этой кампании был Никита Сергеевич Хрущёв, первый секретарь ЦК КПСС, бывший, как сейчас бы сказали, и тут ему нужно отдать должное, большим мастером пропаганды достижений социализма. Никита Хрущёв искренне считал, что социализм станет, как нам говорили на уроках истории, могильщиком капитализма. И он обещал, что лет через двадцать каждая советская семья будет жить в отдельной квартире, но в 1964 году его сняли со всех постов, так что он не виноват, что этого не случилось.

Мне хотелось кричать и прыгать от радости, и я не мог понять, почему все мои одноклассники спокойно восприняли весть о запуске космонавта. После пришло горькое осознание того, что я родился чуть позже Гагарина и не мог его опередить. А когда в августе того же года оказалось, что меня, восьмиклассника, опередил ещё и Герман Степанович Титов, второй выдающийся космонавт, стало понятно, что запуск космонавтов у нас в стране поставлен на поток и мне не светит стать одним из первых покорителей космоса и я вряд ли когда-нибудь увижу красавицу-Землю через иллюминатор космического корабля. Все мальчишки Советского Союза мечтали стать только космонавтами.

На Юрия Алексеевича Гагарина обрушилась вселенская слава, он объехал полмира, где его встречали, как сказала английская королева, как посланника небес, а мне же осталось только собирать книги о космосе и космонавтах. Не многие помнят сейчас, что первым зарубежным визитом Юрия Гагарина была Австрия, и в книге, в которой описывались первые его поездки за рубеж, приводились его награды в этих странах. Так, канцлер Австрии наградил его красивым кубком, на котором была сделана надпись: «Первому имевшему успех космонавту».

Надпись вызывала ощущение недоговорённости, но гонка в космосе между СССР и США не ставила под сомненье официальные версии, потому что на кону стояло историческое соревнование систем социализма и капитализма, а Хрущёв обещал капиталистам: «Мы вас уроем!».

Это потом, через много лет стало известно, что по международному космическому законодательству, уже появившемуся к этому времени, космонавтом мог считаться только тот, кто приземляется внутри корабля. Гагарин же при приземлении был «отстрелян» от корабля и приземлился на парашюте, чем очень обескуражил встретивших его первыми не поисковую группу, а колхозницу с ребёнком.

Нашей стране несколько лет при приземлении космонавтов на парашютах приходилось утверждать, что они приземлялись вместе с кораблём, пока не появились корабли, приземляющиеся вместе с космонавтами. Кстати, если бы погибший (при спуске запутались стропы запасного парашюта космического корабля) в апреле 1967 года выдающийся советский космонавт Владимир Михайлович Комаров приземлялся отдельно от корабля, может быть, он остался бы жив? Или спуск уже не предусматривал парашютную альтернативу?

Думаю, что американцы знали секрет приземления Юрия Гагарина и, очень может быть, он натолкнул их на идею фальшивого полёта на Луну. Хотя за молчание СССР по этому поводу они дарили Леониду Ильичу Брежневу, который сменил Хрущева на посту Генерального секретаря ЦК КПСС, ежегодно для его сказочного гаража по самой последней роскошной американской автомашине. США выделили СССР кредиты на строительство гигантских автомобильных заводов. Брежнев уже не грозил Западу «урыть» его, а стал бороться за мирное сосуществование двух систем, пока в декабре 1979 года кто-то ни надоумил руководство КПСС ввести войска в Афганистан.

В 1981 году, как тогда говорили, «прогрессивное человечество», ну то есть социалистический лагерь, охвативший чуть не полмира, отмечало двадцатилетие полёта Юрия Гагарина. Знаменитый журналист того времени Ярослав Голованов опубликовал в «Комсомольской правде» шесть полных разворотов об истории советского космоса, рассказав о многих трагедиях советских космических программ.

В одной из статей он написал о том, что на Западе муссируется версия о том, что первым космонавтом был Владимир Сергеевич Ильюшин, сын нашего знаменитого авиаконструктора. На самом деле, по его версии, Владимир Ильюшин, замечательный лётчик-испытатель, попал 2 июня 1960 года в автокатастрофу, когда ехал на аэродром. Его «Волга» лоб в лоб столкнулась с другой машиной, он сильно пострадал и был направлен на лечение в Китай, где его выходили. С этой версией плохо вяжется тот факт, что в 1961 году Ильюшин установил абсолютный мировой рекорд высоты горизонтального полёта на реактивном самолёте.

Удивительное дело, однажды я встретился с Ярославом Головановым и сказал ему, что его версия об Ильюшине неубедительна по нескольким причинам: в 1960 году у нас были очень натянутые отношения с Китаем и согласование его лечения на межправительственном уровне (а другого в то время не могло быть) кажется сомнительным.

Версия, кажущаяся убедительной, говорит о том, что на территорию Китая он попал в результате неудачного космического полёта, так называемого «подскока», когда космический корабль не делает оборот вокруг Земли, а летит по очень сокращённой траектории с быстрым приземлением. Эта баллистическая технология видится совершенно естественно, как первый шаг перед отработкой орбитального облёта Земли с человеком. Считаю, что эту стадию не могла не пройти и советская космонавтика, причём, в полёте с космонавтом, а не с куклой.

Именно так американцы двигались по своим полётным космическим программам. Их первый отряд астронавтов, насчитывавший семь человек, был создан в апреле 1959 года, за два года до полёта Юрия Гагарина. 5 мая 1961 года, уже после полёта Гагарина, первый американский астронавт Алан Шепард по программе «Меркурий» совершил пятнадцатиминутный первый суборбитальный полёт по технологии «подскока».

В той беседе со мной Голованов ничего не ответил, правдива ли моя версия о первом космонавте. Но на этом мои выяснения не закончились.

Моей судьбе была уготована встреча с самим Владимиром Сергеевичем Ильюшиным. Однажды я сидел довольно долго рядом с ним и его женой, одной из красивейших женщин, которые мне довелось встретить в жизни. И сам Владимир Ильюшин был необыкновенно красив, у него была фигура стройного молодого человека небольшого роста. Он был рыжим-рыжим, на нём отлично сидела генеральская форма.

В течение разговора с ним я несколько раз задавал ему наивный вопрос, летал ли он в космос. Вопрос был не только наивным, но и бестактным, но уж больно хотелось узнать правду. Разве он мог по условиям суперсекретности сказать мне правду? Много позже, когда я познакомился с некоторыми космонавтами, никто не подтверждал мою версию, и это было понятно. И предполагаемый мной полёт Ильюшина и его автокатастофа произошли ещё до формирования первого советского отряда космонавтов. И если полёт всё-таки состоялся, то Ильюшин должен был готовиться по абсолютно засекреченной индивидуальной программе, о которой не могли знать космонавты первого отряда.

Этот секрет относится к классу секретов государств, которые не раскрываются, даже если государства, обладающие им, могут вступить в военный конфликт. Подобным секретом, которым обладал Советский Союз, является информация об убийстве президента США Джона Кеннеди.

Обе конкурирующие страны, СССР и США, не доверяли информации о космических программах своих противников. Слухи о неудачных запусках Советского Союза космонавтов до Юрия Гагарина появились на Западе сразу после его полёта, что объяснялось, прежде всего, проигрышем США в соревновании с СССР. Информация о погибших в космосе советских космонавтах в западной прессе обсуждается до сих пор.

В нашей стране первый отряд космонавтов был создан в марте 1960 года, но по космической проблематике задолго до этого были задействованы многие программы. Именно эти исследования в условиях жёсткой конкуренции между СССР и США обеспечили успешный полёт Гагарина.

Автор оперировал, в основном, общеизвестными фактами и не претендует на их абсолютную достоверность. История полёта первого советского космонавта стала достоянием мировой истории, а возможные детали могут появиться в будущем, по мере рассекречивания архивов.

 

Послесловие

За долгие годы космических исследований, начавшихся с начала пятидесятых годов ХХ века, мировая космонавтика обрела свою большую историю, полную героизма и трагедий, о которых старались не сообщать. В итоге в мире сложилось представление о полётах в космос, как о довольно лёгких путешествиях, что было абсолютно неверно. Практически в каждом полёте космонавтов и астронавтов возникали нештатные ситуации, грозившие гибелью экипажа.

Нам всем нужна правда о героях, являющихся бесценным достоянием человеческого Рода, как проявлением человеческого Духа и его Гения. Это они ведут нас по трудной дороге, объединяющей человечество в его неистребимой жажде к познанию сложного и дивного в своей красоте Мира.

Человечество идёт по трудной дороге освоения космоса, сейчас уже двадцать стран активно запускают в космос корабли и иные аппараты. В этой работе участвуют лучшие представители многих стран, которые осознанно идут на риски по этой опасной дороге.

Мы все – земляне, в ХХI веке нам предстоит огромная работа по освоению космоса. Эта работа должна объединять страны и продолжит дело выдающихся исследователей космоса ХХ века. На фоне этой великой созидательной деятельности нелепыми и ничтожными видятся войны, до сих пор идущие в разных частях нашей планеты.

Новый ХХI век, огромные задачи, стоящие перед человечеством, должны изменить понимание ценности и хрупкости жизни на нашей планете. Вместо того чтобы тратить огромные интеллектуальные и ресурсные средства на конфронтацию стран, они должны тратиться на освоение космоса, на защиту Земли от космических угроз, на устранение голода и болезней, терзающих страны и континенты.

Считаю, что Россия должна добавить к статусу великой космической державы статус международного аналитического центра космических исследований в ХХI веке, для этого у нас есть всё: выдающиеся учёные и космонавты, наша великая космическая история.   

 

 

Комментарии