ПОЭЗИЯ / Илья КРИШТУЛ. И КАЖЕТСЯ – ТАК БУДЕТ ВЕЧНО... Стихи
Илья КРИШТУЛ

Илья КРИШТУЛ. И КАЖЕТСЯ – ТАК БУДЕТ ВЕЧНО... Стихи

 

 Илья КРИШТУЛ

 И КАЖЕТСЯ – ТАК БУДЕТ ВЕЧНО...

 

 * * *

 В Гаспре, в чебуречной с видом на Ай-Петри,

 Мы погружались в вечность в алкогольном ветре,

 Мы погружались в счастье, в пахучий крымский рай,

 И было нам от «Здравствуй» полшага до «Прощай».

 Ах, этот ветер Крыма,

 Вкус терпкого вина

 И местного розлива

 Татарочка Зайна…

 

 А потом спускались горным серпантином,

 На волнах катались, плавали к дельфинам…

 И девушки нагие, и манящий смех,

 И слова чудные, зовущие на грех…

 Ах, эти волны Крыма,

 Ах, ласковый их плен…

 Ах, глаза-заливы

 Хохлушечки Ирэн…

 

 И с кем-то мы сбежали, и любовь навек,

 И жареной кефали нам сунул пьяный грек,

 А мы стремились в горы, к подножию трёх скал,

 Где можжевельник шторы за нами опускал…

 Ах, эти горы Крыма,

 Из облака вуаль…

 И не узнать уж имя

 Той девушки… А жаль…

 

 И время расставаться, и воздух так дрожит,

 Я не люблю прощаться и не храню обид…

 До встречи, но не скорой – когда вернусь сюда,

 До встречи той, которой не будет никогда…

 Ах, этот воздух Крыма,

 Ах, ласки в темноте…

 Слова любви из дыма –

 Тают в высоте…

 

 Под старым кипарисом вечное кино,

 Женские капризы – прокисшее вино…

 Полынью отдавали слёзы на щеках,

 И таяли печали в лавандовых полях.

 Ах, лаванда Крыма,

 Ах, полынь степей…

 Увы, неизлечима

 Любовь – чума людей…

 

 Но манят ярким светом московские огни,

 Я допиваю лето, я проживаю дни…

 Я не увижу завтра балет случайных встреч,

 Я допиваю Ялту, я проживаю Керчь.

 Ах, эти встречи Крыма,

 Среди ночных огней…

 Время вас покрыло

 Лоскутками дней…

 

 До встречи, полуостров, божественный приют,

 Корабельный остов у мыса Тарханкут

 И москвичка Тома, девушка-аид,

 Увидеться нам снова судьба не разрешит…

 До встречи, полуостров, люби и веселись,

 Нос самолёта острый уже стремится ввысь…

 Раскинулась под крыльями чудная страна,

 Где девушка без имени, конечно, ждёт меня…

 Ах, девушки из Крыма,

 Ах, Тома, ах, Зайна…

 Прощайте и счастливо!

 Я выпил вас до дна…

 

 До донышка, до донца, до первого луча

 Розового солнца у старого ручья.

 Я вместе с этим солнцем лечу в свои края…

 Оно назад вернётся, а я… А я? А я…

 

 * * *

 Не знаю, что мне суждено –

 Жизнь жалит осами

 И путь мой выстлан уж давно,

 Увы, не розами.

 Приют последний я видал,

 С чёрной оградою…

 Молюсь Тебе, чтоб он не стал

 Моей наградою.

 Молюсь Тебе – не жить в тоске,

 Как нищий пьяница…

 Молю Тебя, чтоб было с кем

 Просто состариться.

 И чтоб наградой мне была

 За жала осовы

 Лишь та, которая ушла –

 Светловолосая…

 Чтоб мог бродить я по росе

 С той, кто мне нравится,

 И с ней прийти туда, где все

 Пути кончаются.

 И где живые образа гуляют в вечности,

 Я буду лишь смотреть в глаза – до бесконечности…

 

 ЧЁРНОЕ МОРЕ

                        Когда так много позади
                              всего, в особенности – горя,
                              поддержки чьей-нибудь не жди,
                              сядь в поезд, высадись у моря.

                                                      Иосиф Бродский

 Если от боли некуда деться,

 если несчастий богат урожай,

 есть старое средство, верное средство –

 на Чёрное море, бросив всё, поезжай.

 

 И если печали тебя затерзали,

 вспомни, дружище, эти стихи –

 Чёрное море смоет печали,

 Чёрное море отпустит грехи,

 

 коли грешил, а Господь не прощает…

 Наверное, много грехов за тобой,

 но Чёрное море всем помогает,

 Чёрное море с белой душой.

 

 И если не знаешь лекарств от лишений

 или сомненья тебя теребят –

 Чёрное море примет сомненья,

 Чёрное море утешит тебя.

 

 А коли беда, словно битая кляча,

 бредёт по следу прошедшей беды,

 Чёрное море от бед тебя спрячет,

 Чёрное море их смоет следы.

 

 И если разлука серою птицей

 пролетела по небу и по судьбе –

 у Чёрного моря лучше проститься –

 разлука растает в синей воде.

 

 Так, помни, дружище, в печали и в горе,

 строки надёжные, будто гранит:

 Чёрное море, Чёрное море,

 Чёрное море – спасёт, сохранит!

 

 * * *

 Осень не время печалей…

 Освободившись от пут,

 Листья с деревьев слетали,

 Падали в маленький пруд.

 

 Осень не время для грусти,

 Загремела симфония крыш!

 Эта музыка небо опустит

 На Вену, Москву и Париж.

 

 Осень не время печалей,

 Печали уносят ветра…

 Мне сказку вчера рассказали,

 А она улетела с утра.

 

 Но я видел – жёлтые краски

 Упали на Бутовский лес…

 Там остался корабль из сказки,

 Замер над ним Южный Крест.

 

 Что мне делать, корабль, с тобою?

 Южный Крест не из наших широт…

 Может, сказка вернётся весною

 И с собою вас заберёт?

 

 За меня ей замолвите слово,

 Я ночью в трюм проберусь,

 Потрогаю пальцами волны,

 А осень придёт – возвращусь.

 

 Возвращусь под упавшее небо,

 В Москву возвращусь и в Париж…

 Даже в Вену, в которой я не был,

 Возвращусь под симфонию крыш…

 

 ИЗ НЕНАПИСАННОЙ ПОЭМЫ

 …Во тьме исчезли даже звёзды,

 оставив свой узор на льду…

 На деревах пустые гнёзда

 чернеют в брошенном саду.

 

 И забросала в окна порош

 ночная королева мглы,

 и ветер, её верный сторож,

 уже проверил все углы…

 

 А ночь, как старая подруга,

 скрипит уныло о своём,

 и штор задёрнутых кольчуга

 не защитит нас от неё.

 

 …………………………………...................

 …Когда ж заря? Ночь не уходит,

 вина осталось на глоток

 и сонный гость сквозь шторы смотрит –

 не загорелся ли восток…

 

 Тот гость уж проклял всё на свете –

 хозяев, зиму, ночь, метель…

 Он лишь мечтает на рассвете

 уехать поскорей отсель.

 

 Зимой длинны в России ночи

 и сумрак царствует в снегах,

 темны река, поля и рощи

 и отраженья в зеркалах…

 

 И кажется – так будет вечно,

 покой снегов и шум ветров,

 и кто-то говорит беспечно

 о бренности земных оков,

 

 о суете, противной миру,

 о несменяемости лет,

 что хватит уж беситься с жиру,

 что нам не нужен солнца свет…

 

 «Зачем нам утро? Мало смысла

 в часах, висящих на стене…

 В названьях дней, в порядке чисел,

 в мечтаньях тщетных о весне…».

 

 ………………………………………................

 ...Но вот вдали – полоска света,

 чуть забелели небеса,

 и птица прокричала где-то,

 и крик её уплыл в леса…

 

 Снег перестал стучаться в окна,

 деревья превратились в сад,

 а не в причудливых животных,

 имеющих десятки лап,

 

 и прояснились очертанья

 тяжёлых зимних облаков,

 и вновь законы мирозданья

 попрали речи чудаков.

 

 И солнце! Солнце, сквозь завеси

 всех снежно-облачных преград,

 пробилось, осветив залесье

 и грусть кладбищенских оград…

 

 ……………………………………….

 …А как чудесно зимним утром,

 последних проводив гостей,

 взять книжку чьих-то мыслей мудрых

 и вместе с ней залечь в постель,

 

 и нежиться, сны отгоняя,

 в приятной полудремоте,

 в которой снегом засыпает

 тропинки от мечты к мечте…

 

 И пусть за окнами утреет,

 пусть снег искрится, взор дразня,

 кого-то искры те согреют…

 Так царствуй, утро веснодня!

 

 * * *

 Ты уходила. Ты шумно собиралась.

 Тревожно ныл расстроенный рояль.

 Моя печаль негромко рассмеялась,

 Моя тоска поправила вуаль.

 

 Ты уходила, оставляя запах

 Своих духов, навязчивый, как боль.

 И мой рояль на деревянных лапах

 Присел под стон фальшивой ноты «соль».

 

 Двенадцать лет продлилось наважденье,

 Двенадцать зим промчались стаей птиц…

 Двенадцать раз звала на день рожденья

 Своих подруг с глазами злых волчиц.

 

 Двенадцать вёсен, жёлтых листопадов,

 Измен двенадцать, все под Новый год…

 Я не считал восходов и закатов,

 Я лишь шептал: «Ещё один восход…».

 

 И вот я жду стук хлопающей двери –

 Я раньше ждал так звук твоих шагов…

 И в предвкушенье сладостной потери

 Я погрузился в море своих снов.

 

 Я там, во снах, с принцессой пил «Мартини»,

 Я там, во снах, забыл про твою ложь…

 Но сны ушли. Сквозняк поёт в квартире,

 И мне он спел, что ты ещё придёшь.

 

 Придёшь с сиренью, с запахом вокзала,

 С подругами с глазами злых волчиц…

 Моя тоска набросит покрывало,

 Чтобы не видеть надоевших лиц…

 

 Печаль ко мне на плечи заберётся,

 «Давно живу – на ухо мне шепнёт. –

 Всё, что уйдёт, когда-нибудь вернётся,

 Всё, что вернётся, всё равно уйдёт…».

 

 Она права, моя печаль-старуха,

 Всё возвращается и всё уходит вновь…

 Судьба-беда, судьба моя – проруха,

 Судьба-потеря с играми в любовь…

 

 * * *

 Я бы с удовольствием отсюда уехал,

 Жил бы в Европе или лучше на островах,

 И просыпался б от женского смеха,

 От голосов на чужих языках…

 Иногда болел бы душевной болезнью,

 Как на Руси называли запой,

 И вспоминал бы, как его – железный? –

 Занавес. Или какой-то другой…

 Я б не страдал без могил и берёзок,

 К тому же берёзки можно купить,

 Туда привезти, посадить. Стол из досок

 На радость туземцам во дворе сколотить…

 Взять самовар в лавке у наших,

 Возложить перед ним перо и тетрадь,

 И пересоленный суп черепаший

 Деревянными ложками из миски хлебать…

 А потом, отрыгнув, записывать рифмы –

 «Россия – косые» и «Русь – я вернусь»,

 И размышлять, какие мы скифы

 И откуда у хлопца испанская грусть…

 

 Я бы с удовольствием отсюда уехал,

 Поселился б в Европе или на островах,

 И просыпался б от громкого смеха

 Смуглых охотников на черепах…

 Мне бы не снились родные могилки,

 Только б я думал, встав поутру:

 

 «Вот интересно, а пуля в затылке

 Застрянет, если ствол приставить ко рту?».

 

 СПИТАК

 Это был декабрь, и декабрь был мёрзлым,

 И сыну куртку тёплую одела Арегназ…

 Она его увидела через неделю, мёртвым,

 Без курточки, которая была ему как раз.

 

 Это был декабрь. Безмолвным серым утром

 Закричало эхо далеко в горах,

 И за бесконечно долгую минуту

 Красивый белый город превратился в прах.

 

 Это был декабрь, и декабрь был длинным –

 Семь дней, а дальше вечность для мёртвых и живых…

 Кто ты, всемогущий, что скалы с места сдвинул?

 Зачем ты, всемогущий, наземь бросил их?

 

 Это было в среду. Без двадцати двенадцать

 «Барев дзез» сказал мне армянский друг Андро.

 Он набрал мой номер, чтоб навсегда прерваться,

 Он набрал мой номер за две секунды до.

 

 Это было в среду. Ещё вчера живые,

 Ещё вчера дышали, ходили по земле…

 Их рты забиты пылью. Крики их – немые,

 Их слышат только ангелы из ангельских полей.

 

 Это был декабрь. Гробы на перекрёстках

 Солдаты раздавали под горячий чай.

 В гробах этих, как будто в похоронных лодках,

 Твои, Хаястан, дети уплывали в рай.

 

 Это был декабрь… Время не осушит

 Реки слёз в морщинах серого лица…

 Проклятый декабрь разорвал нам души,

 Проклятый декабрь разорвал сердца.

 

 Это был декабрь… В его седых руинах

 Погребены надежды милых и родных,

 Милосердных сердцем, молодых, безвинных…

 Боже! Там, за пятым небом, посмотри на них!

 

 Это был декабрь. Это было в среду…

 

 

 

 

 

Комментарии