Игорь ШУМЕЙКО
МЫ ВСЕ НАДЕЕМСЯ ЕЩЁ…
К 80-летию Владимира Крупина
И 80 лет жизни Владимира Николаевича Крупина, и все его творчество вписаны в историю России и её народа. Мы может и не задумывались, но даже сама дата выхода национально-сказочной, всемирно-известной «Живой воды» – 1980-й… Обещанный коммунизм – неразделимо-неслиянный клубок народных мечтаний и идеологического вранья прикатился к порогу в тот престранный год. Обман, надлом? А там и конец державы? Но народ отвечает усмешкой Крупина: «живая вода» выпита, сказка рассказана, жизнь продолжилась... Грязные электрички, нескончаемые стихийные толкучки, нищенство. Но и «лихо-святые» 90-е народ перенес с той же, что и «Сказку 1980-го», – непобедимой усмешкой Крупина.
Я несколько раз неуклюже пытался объяснить Владимиру Николаевичу, почему из его рассказов той эпохи мне особенно запал «Вася, отбрось костыли». Жулики-попрошайки Вася с женой бредут по электричкам, вылитые, показалось мне: лиса Алиса и кот Базилио. И такой же неразделимо-неслиянный «рассказчик Крупин» тянет нить разговора с ними, держит единственно возможную интонацию. В общем все повести, рассказы сборника «От застолья до похмелья. Русский взгляд на глобализм» – объединены той интонацией, но в «моем» рассказе поразителен абсолютный минимум реплик рассказчика, их полная бытовая простота. Эти же слова Васе мог сказать любой мужик в Сергиево-Посадской электричке: ни поучений, ни сектантского «просветительского» азарта (Вася побывал и у таких), ни грамма заискивания «перед простым народом».
Тут невольно аукнется и «глобализм» из титула книги – тянет на «глобальные выводы» сопоставить «писателей-деревенщиков» второй половины 20 века и «народников» второй половины века 19-го, знаменитое «хождение в народ». Те – да, злились на непонимание, заискивали, как перед выборами, гордились ловкостью написания подложных подстрекательских «Царских манифестов»… закончили сварой, грязью, террором. Ныне кризис доверия, взаимопонимания поистине «глобальный»: заискивание и перед любыми меньшинствами, и перед «народом» (в убого-политкорректном понимании). Именно этот обрыв связей возвратит внимание к «деревенщикам», даже если их будут читать уже с каким-нибудь «Словарём деревенских терминов России»: интонация-то разговора остается единственно возможная. В той великой плеяде: Абрамов, Распутин, Белов, Астафьев, Носов, Шукшин остаются книгами, Владимир Николаевич Крупин – книгами и живым словом, но… мы все надеемся на правоту и точность мысли Николая Гоголя: «Если русских останется один хутор, то и тогда Россия возродится».
Неюбилейной объективности добавят совпадения свидетельств его товарищей разных характеров, поколений. Валентин Григорьевич Распутин говорил: «По работам Владимира Крупина когда-нибудь будут судить о температуре жизни в окаянную эпоху конца столетия. Его творческий опыт уникален. Он решительнее большинства из нас». Николай Федорович Иванов: «При кажущейся мягкости характера обладает колоссальной твёрдости внутренним стержнем. Его готовность отстаивать свою точку зрения в бесчисленных дискуссиях о вере, о путях развития отечественной литературы удивляют и радуют, потому что это всегда идёт от сердца, глубоких знаний и от правды жизни».
Владимир Крупин открывает свои «Повести последнего времени» словами: «У России великое прошлое. Она много раз спасала мир. Спасает и сейчас. Надо делать всё, чтобы помочь России». И – безошибочная примета русской литературы, с той же (единственной) интонацией, что о «сохранении Державы, важности России для мира», – он говорит и о самых малых, меньших наших братьях. В «Родных половицах» вспоминает старую лошадь Партизанку, мобилизованную, прошедшую всю Отечественную войну и вернувшуюся… демобилизованную, работавшую в родном колхозе.
Помню, какое-то специальное, весьма парадное издание, представлявшее лауреатов первой Патриаршей премии портретом, био- и библиографическими справками и фрагментом текста лауреата. У Владимира Крупина тогда было успешно издано немало книг – под стать Премии: о Святой земле, Святом Афоне… Но в то издание он включил рассказик о кошке Муське. Хозяева решили продать дом, собираются уезжать, кошку на новое место не берут: куда ей, восемнадцать лет. Кошка чувствует, ловит из последних сил мышей, помирает. Похоронили её, завернув в старое хозяйкино платье. И перед самым отъездом хозяйка перебирает старые фотографии (тоже не все возьмут с собой). И на одном снимке видит себя – девочку, в том самом, новом тогда платье, и на коленях котенок – Муська.
Рассказ вроде никак не соответствовал формату издания, текстам других лауреатов, но ведь… ткань платья (тогда носили десятилетиями), ткань жизни, памяти. Мы-то ведь и «жестокость крепостничества» постигали через судьбу собачонки Муму.
Владимир Николаевич и сегодня лёгок на подъем, щедр на беседы, безотказен на выступления на различных конференциях, «круглых столах». Чем пользуется в числе многих и автор этих строк. Приглашая его в свой Российский Университет транспорта (МИИТ) всегда держу ещё один «козырь»: студентом МИИТа был Константин Нечаев, в будущем известный митрополит Питирим, кроме всего прочего возродивший в 1997 году в своей Альма-матер (и как оказалось, вообще в постперестроечной России) практику студенческих стройотрядов. Владимир Крупин долгие годы был прихожанином храма в Брюсовом переулке, где служил владыка. Студенты, преподаватели слушают внимательно, нить, связывающая поколения, тянется дальше. Мы все надеемся ещё – многая лета…
Да, недаром я "побежал занимать очередь за три дня" опубликовал статью о Владимире Николаевиче загодя - сегодня и " Российская газета" успела напечатать (чуть в сокращенном объеме"
https://rg.ru/2021/09/07/pisatel-vladimir-krupin-russkij-vzgliad-na-globalizm.html
и "Год литературы" (литературное приложение к РГ
https://godliteratury.ru/articles/2021/09/07/vladimir-krupin-russkij-vzgliad-na-globalizm
С утра пораньше помолилась сегодня о здравии душевном и телесном раба Божия Владимира.
Да дарует ему Господь силы и дерзновения ещё на многая и благая лета!
Поздравляют Вас, Владимир Николаевич, куряне с почтенным достижением, что не всякому удаётся, - С 80-ЛЕТИЕМ !
А к своей молитве обычно присовокупляю - с полной уверенностью в уместности такового - и прошение ко Господу о себе: ... и меня грешную святыми его молитвами прости и помилуй.
Святыми непрестанными молитвами, источаемыми СЛОВОМ великого православного писателя, Господи, прости нас и помилуй!
С нижайшим поклоном,
от лица курян,
Марина Маслова
Дорогой Владимир Николаевич, сердечно поздравляю тебя с юбилеем! Исполать, Божьей помощи в трудах литературных и многая и благая лета тебе!Игорю Шумейко признательность за статью! Александр Кердан
Отправил Поздравление за 3 дня до Даты - просто представил: 7 сентября пришлю - и вовсе не гарантировано, что поставят: Поток поздравлений будет понятно - огромный, паводок осенний. Так что тут лучше - не как те запоздавшие "Третий день пьем за Ваше здоровье!" а как раньше в магазинах: "За три дня очередь занимать". Вот я и "побежал в магазин" заранее. Как за "Живой" или - тоже помню: оживляющей водой, что с 11-00... И еще раз : "Многая лета"! Игорь
С воскресным днём. Иду на Раннюю, думаю: дай гляну на почту, тут сюрприз, да какой - сам Игорь Шумейко, автор нужнейших исследований по истории России и её современности, поздравляет. Я , Игорь, всегда убегал от отмечаний дня рождения, тут не убежишь: 80 лет. Куда денешься: "нН врут листки календаря, ты заработал эту дату уже в начале сентября", как пишет друг мой поэт Анатолий Гребнев. Он с этого же года. А я писал ему в марте: "Налей, поскорее налей. О, как я тебя жалею: не страшен тебе юбилей, ужасен канун юбилея". Конечно, ожидание тяжко. Но уже немного осталось
Очень благодарен за поздравление. Всегда помню и МИИТ, и наши разговоры. И всегдашнее одобрительное отношение к тебе от Валентина Григорьевича. Дай Бог тебе новых трудов во славу нашей любимой, единственной, всех сильнее страдающей родине. Но и самой близкой к Богу. Чего же более желать? У нас нет запасной родины, нет двойного гражданства, мы Православные!
Всё. Побежал на Литургию. Конечно, в тот храм, куда привёл незабвенный Владыка Питирим. Сердечно В К