ПАМЯТЬ / Александр ТРАПЕЗНИКОВ. ВЕЧНЫЙ БОЙ ПИСАТЕЛЯ-ВОИНА. Творческий подвиг Геннадия Кочеткова
Александр ТРАПЕЗНИКОВ

Александр ТРАПЕЗНИКОВ. ВЕЧНЫЙ БОЙ ПИСАТЕЛЯ-ВОИНА. Творческий подвиг Геннадия Кочеткова

 

Александр ТРАПЕЗНИКОВ

ВЕЧНЫЙ БОЙ ПИСАТЕЛЯ-ВОИНА

Творческий подвиг Геннадия Кочеткова

 

Через два года ему исполняется сто лет со дня рождения. Тут я задумался. Вот, как правильно писать об умершем человеке, прозаике: исполняется или исполнилось бы? Встречается и такая и другая форма, как ни странно. Тем более юбилей. Зависит от степени любви и бережно хранимой памяти. Ведь говорим же мы: двести двадцать лет Лермонтову, и даже пятьсот лет Сервантесу. Так долго не живут, все-таки не ветхозаветные времена Ноя и Мафусаила. И даже сто лет большая редкость. Но близкий тебе человек, родной и любимый, как для вдовы Геннадия Петровича Кочеткова Лейлы Петровны Печко, всегда будет живым в сердце, душе, уме. И это правильно, несмотря на то, что жизнь, как неизлечимая, хотя и приятная болезнь, кончается для всех одинаково – смертью.

Это был скромный прозаик с тихим, как обычно говорится, голосом. И родились мы с ним в один день – 31 декабря под Новый год. С разницей в тридцать лет. Но не только поэтому я пристально заинтересовался его творчеством. Хотя «новогодние люди» всегда вызывают мою приязнь. Согласитесь, что их в истории, да и просто по жизни встретишь нечасто. Но моя приязнь усилилась вдвойне, когда я стал читать его книги. Их немного. Первые две вышли в 1976 году – «Дорога через сердце» и «Антракта не будет». Затем в течение двадцати лет вышли еще шесть. «Уходить и возвращаться», «Обрести себя», «Лесная музыка», «Продается на слом», «Этюды раненой памяти», «РВК».

Надо обязательно добавить, что он был участником Великой Отечественной войны, имеет боевые награды, что немаловажно для «тихого скромного человека», фронтового разведчика. Просто такой уж у него был характер. Не выпячивался, как это свойственно многим творческим людям, поэтам и прозаикам молодого поколения. Сам из Ачинска, окончил Новосибирскую театральную школу-студию «Красный факел», работал в журнале «Октябрь» и газете «Советская культура».

Мне кажется, названия книг Геннадия Кочеткова верно отражают его главные мысли, идеи. Например, обрести себя – обрести ощущение уверенности, своей необходимости. И эта же мысль особенно характерна и важна для героев его повести «Продается на слом». Кочетков имеет в виду не себя лично, он обращается к своим современникам. Это важно. В 70-е годы многие деревенели от застоя и превращались во всё недовольных кухонных диссидентов. А вот читатель-современник Кочеткова привлекал внимание автора и он так или иначе подсказывал ему пути для поиска творческого начала, как залога духовного обновления.

Кочетков был воином. Отстаивал правду и справедливость сначала на войне, а в мирное время – словом. В последнее время я всё больше и больше склоняюсь к мысли, что вся русская литература – и прошлая и нынешняя – это, по сути, литература воюющая, литература сражений и героических подвигов. Настоящий русский писатель всегда был, есть и остается воином. Воином Духа, Света, Христа. И часто – мучеником веры. Как Пушкин, Грибоедов, тот же Лермонтов, Рубцов. Кочетков сражался с нацистами в Белгороде, Харькове, Полтаве, Кременчуге. А как бы сейчас он воспринял возрождение нацизма на Украине, где он получил тяжелое ранение и полгода госпиталей? Не удивлюсь, если бы еще и воевать за Донбасс не отправился, несмотря на преклонный возраст. Характерно, что последняя книга, которую он уже не успел увидеть, так и называлась: «И вечный бой…». И опять же очень точное название. Книга вышла, и мы можем её прочесть.

В первой части «Вечного боя» представлено несколько рассказов, уже публиковавшихся ранее. Это «Этюды раненой памяти». Да, память его была изломана тяжелейшей войной, трудным детством в Сибири, болезнями, но память эта всё равно светла и жизнеутверждающе возвышена. Нет горечи или обиды на судьбу. Есть вера в свое предназначение, в свою звезду. Цитата из книги: «Я ошеломлен, изломан, я истерзан и выжат как тряпка. У меня уже ни нервов, ни рук, ни ног, ни слуха. Одни только глаза – больше от меня ничего не осталось. Одни только глаза… Я лежу на спине и гляжу в ночное небо. На свою звезду. В небе столько звезд, но я свою отыскал сразу, узнал с первого взгляда. Сейчас зажмурюсь, потом снова открою глаза и опять её увижу. Не спутаю».

Вторая часть – это своеобразный «театральный роман». Только роман не романтический или любовный, хотя и это тоже здесь есть, а воюющий, он так и называется – «Театральные баталии». Ну, не совсем война, а сражения, вновь «вечный бой», только уже на театральных подмостках и вокруг них. Доктор искусствоведения Инна Вишневская отозвалась о нем так: «Писать об актерах – значит, и самому в чем-то быть артистом, уметь чувствовать само существо профессии, всесильной и беззащитной. Всесильной, так как каждый вечер она может увести вас в иные миры и в иные душевные состояния, беззащитной, потому что вместе с концом спектакля развеивается легкая актерская слава, замолкают слова, уходят самые великие потрясения».

Особенно хочется отметить мастерски закрученный сюжет этого произведения, четко прописанные главные и второстепенные линии, ясные и остроумные диалоги героев, панорамную картину провинциальной и столичной жизни. Всю театральную жизнь изнутри, весь социальный срез людей, причастных к этому величественному «храму искусства».

В итоговой книге Геннадия Кочеткова ярко выразились основные темы его творчества – военные испытания, театральные перипетии, ситуации психологического выбора перед поступком, жажда жизни, её философское осмысление. И всё это на реальной основе, с характерными приметами времени, в лучших традициях классической русской литературы. Эти темы присутствовали и в прошлых его произведениях, романах, повестях, рассказах. Это говорит о верности избранному в литературе пути. А коротко о том, чтобы идти до конца и не сдаваться.

И последнее. Свою журналистскую деятельность Геннадий Кочетков начинал в газете, которой и я отдал лет пятнадцать своей жизни, в «Литературной России». Вот они, «новогодние люди», опять виртуально сошлись в одной земной точке. Нет ли тут чего-то мистического? И почему меня так увлекает его творчество? И отчего я хочу донести внимание к его книгам до современников, особенно молодых? Потому что «тихий и скромный человек», писатель «второго ряда», как всегда говорилось и говорится (кто же придумал эти дурацкие «ряды»?), не должен быть забыт. А наглость и шумность еще не выдвигает тебя на авансцену литературы, особенно, современной.

В те времена «Литературная Россия» называлась иначе – «Литература и жизнь». И опять же для Геннадия Петровича Кочеткова название это промыслительно, сакрально. Наверное, эти два слова и определили всю его творческую судьбу. Литература стала главным делом его жизни. Жизни писателя-воина, для которого бой – вечный.

 

ПРИКРЕПЛЕННЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ (1)

Комментарии