ПОЭЗИЯ / ПРОЕКТ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ. ЗВЕЗДА ПО ИМЕНИ ФАЗУ. Поэтический венок России – выдающейся дочери Дагестана
Нина ПОПОВА

ПРОЕКТ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ. ЗВЕЗДА ПО ИМЕНИ ФАЗУ. Поэтический венок России – выдающейся дочери Дагестана

15.03.2022
241
1

 

ПРОЕКТ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ

ЗВЕЗДА ПО ИМЕНИ ФАЗУ

Поэтический венок России – выдающейся дочери Дагестана

 

2022-й год, объявленный Годом культурного наследия народов России, ознаменован целым рядом юбилейных дат, и среди них своё особое место занимает 90-летие Фазу Гамзатовны Алиевой (1932-2016) – народной поэтессы Дагестана, видного советского и российского общественного деятеля, титулованного и награждённого самыми высокими званиями и наградами, среди которых звание лауреата Государственной премии Республики Дагестан в области литературы и высшая награда Российской Федерации – орден Святого апостола Андрея Первозванного «за выдающийся вклад в развитие отечественной литературы и высокую гражданскую позицию». О доверии и уважении народа к Слову Фазу Алиевой свидетельствует и избрание её депутатом  четырёх созывов Верховного Совета Дагестанской АССР.

Поэтическое и прозаическое наследие Фазу, как её по-родственному и с любовью доныне называют в Дагестане, оказало огромное влияние на многие поколения отечественных и зарубежных читателей. В её творчестве глубоко и самобытно отразились не только история, национальное самосознание, самобытная культура, дух и традиции её гордого свободолюбивого народа, но и история всего нашего Отечества.

Богатое многозвучие тем насыщает произведения Фазу Алиевой, в них – предельная откровенность чувств, глубина мыслей, сакральность смыслов, многогранность поступков и устремлений человека. Всё это, а также твёрдость гражданской позиции, благородство, метафоричность и насыщенность слова, уникальное владение древним, истинно народным аварским языком привлекали к её творчеству самых ярких мастеров слова: Юнну Мориц, Людмилу Щипахину, Беллу Ахмадулину, Инну Лиснянскую,   Владимира Туркина, Якова Серпина, Сергея Северцева, Станислава Сущевского, Ирину Озерову, Ларису Румарчук, Валентину Михайлову, Аллу Ахундову, Веру Острогорскую, Тамару Жирмунскую и мн. др. Именно в их переводах на русский язык творчество Фазу Алиевой приобрело самое широкое звучание.

На примере Фазу Алиевой, писателя высокого философского уровня, можно с уверенностью сказать, что не только «бытие определяет сознание», но и сознание определяет и конструирует своё особое, целостное и гармоничное бытие:

Выстроили горцы дом моей души,
Солнечные кисти взяв у неба,
Выкрасили краской, взятой у вершин,
Белым цветом снега.
Застеклили окна сердца моего,
Чтобы с тьмой душа не зналась.
Не было в том доме ничего,
Чтоб от глаз людских скрывалось…

Союз писателей России не остаётся в стороне от знаменательного события, помимо самого активного участия в памятных мероприятиях, было решено создать большую поэтическую панораму из произведений тех российских поэтесс, которым выпало быть современницами Фазу Алиевой, и из тех, кто сегодня наиболее достойно продолжает высокие традиции российской поэзии, чье творчество этим традициям наиболее созвучно. «Звезда по имени Фазу. Поэтический венок России – великой дочери Дагестана» – так называется этот наш воистину большой литературный проект.

В соответствии с памятной датой в создаваемый нами венок мы включаем 90 стихотворений российских поэтесс, в которых, на наш взгляд, при всей их самобытности, обнаруживается также духовно-нравственная основа, общая  с  Фазу Алиевой – творцом глубоко национальным, выразителем вековой мудрости своего народа и одним из наиболее ярких представителей той эпохи в истории нашей многонациональной страны, которая позволила женщине-горянке по праву занять одно из самых достойных мест на литературном Олимпе. Проект будет представлен различными тематическими разделами, в соответствии с идеями, мотивами и вопросами, нашедшими своё отражение в творчестве аварской поэтессы. Информационную поддержку проекта будут осуществлять печатные органы Союза писателей России: сайты «Российский писатель» и «День литературы», газета «Литературная Россия» и журнал «Молодая гвардия». Организационный Комитет проекта будет отбирать поэтические произведения и из публикаций в указанных изданиях, и из других литературных интернет-ресурсов свободного режима доступа.

Нина ПОПОВА, руководитель проекта, секретарь Союза писателей России

 

«И ЭТО ПОТОМУ, ЧТО Я – ПОЭТ...»

 

ФАЗУ АЛИЕВА (1932-2016)

 

ЕСЛИ БУДУТ РИСОВАТЬ МОЙ ПОРТРЕТ

Когда с земли уйду я в землю,

Когда покину этот свет,

Художник, чьей-то воле внемля,

Возьмёшься ты за мой портрет.

Ты не рисуй меня склонённой

За строгим письменным столом,

За книгой, мною не прочтённой,

За ненаписанным стихом.

Ты возведи меня на скалы,

В мир этих гор, что мной любим, –

Пусть солнце будет очень алым,

Пусть небо – очень голубым,

Пусть над моею головою

Плескаться будет мир живой,

Светло-зелёною листвою,

Тёмно-зелёною травой…

 

Рисуй призывно, остро, с пылом,

С крутою щедростью в цветах,

Острее, чем в природе было!
Так остро, как я жизнь любила…

А я любила только так!

1963г.

Перевод Владимира Туркина

 

------------------------------------------

Ольга БЕРГОЛЬЦ (1910-1975)

 

БАБЬЕ ЛЕТО

Есть время природы особого света,
неяркого солнца, нежнейшего зноя.
Оно называется бабье лето
и в прелести спорит с самою весною.

Уже на лицо осторожно садится
летучая, легкая паутина…
Как звонко поют запоздалые птицы!
Как пышно и грозно пылают куртины!

Давно отгремели могучие ливни,
всё отдано тихой и темною нивой…
Всё чаще от взгляда бываю счастливой,
всё реже и горше бываю ревнивой. 

О мудрость щедрейшего бабьего лета,
с отрадой тебя принимаю… И всё же,
любовь моя, где ты, аукнемся, где ты?
А рощи безмолвны, а звезды всё строже…

Вот видишь — проходит пора звездопада,
и кажется, время навек разлучаться…
…А я лишь теперь понимаю, как надо
любить, и жалеть, и прощать, и прощаться.

 

Новелла МАТВЕЕВА (1930-2016)

 

* * *

Все цветы на первый слух молчат:
Там, в лесу, и дальше, за ручьем…
Все цветы — на первый слух — молчат,
Если их не спросишь ни о чем.

Да, но ветер, пчелы и роса,
Чуть касаясь их раскрытых ртов,
Кажется, любые голоса
Могут сделать голосом цветов.

Но кувшинка молчаливей всех.
Сколько ни стою на берегу, —
Но кувшинка молчаливей всех, —
Я ее расслышать не могу.

Горло ль ей сдавила глубина?
Тайна ль тайн под ней погребена?
Но кувшинка молчаливей всех:
Все поют — молчит она одна.

Я плутала у тяжелых вод,
Я старалась к ней найти подход —
Все напрасно: полчище болот,
Как на грех, кувшинку стережет.

Полчище болот-бородачей,
Скопище чудовищных ночей,
Сонмы сов, бессонных, как на грех…
О! Кувшинка молчаливей всех.

 

Людмила ТАТЬЯНИЧЕВА (1915-1980)

 

* * *

Есть немудрёная игра.

Светла, как яблоко в росе,

Простая детская игра —

Её в России знают все:

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!

О ней я помнила всегда,

Как помнят детство,

Помнят мать.

В крутые горькие года

Не уставала повторять:

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!

Когда злословья едкий дым

Слепил глаза и полз мне в душу,

Я отгоняла чёрный дым,

Наивной веры не нарушив:

Гори, гори ясно.

Чтобы не погасло!

За настоящую любовь

Отдай всю жизнь —

И будет мало.

Чтоб удержать свою любовь,

Её я в главном убеждала:

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!

Простилась молодость со мной,

А я живу и не горюю.

Простилась?

Нет, она со мной!

И ей, как прежде, говорю я:

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!

 

Татьяна ГЛУШКОВА (1939-2001)

 

ЧАС БЕЛОВЕЖЬЯ

Когда не стало Родины моей,

я ничего об этом не слыхала:

так, Богом береженная, хворала! —

чтоб не было мне горше и больней...

Когда не стало Родины моей,

я там была, где ни крупицы света:

заслонена, отторгнута, отпета —

иль сожжена до пепельных углей...

Когда не стало Родины моей,

в ворота ада я тогда стучала:

возьми меня!.. А только бы восстала

страна моя из немощи своей...

Когда не стало Родины моей,

Тот, кто явился к нам из Назарета,

осиротел не менее поэта

последних сроков Родины моей…

 

Людмила СНИТЕНКО

 

К БОГОРОДИЦЕ

(Из поэмы «Имя Святое».
Молитва матери Александра Невского)

Как сквозь окно смотрю на Богоматерь,

Лицом к лицу молюсь душе святой,

Приблизил Богородицу Создатель,

В земных скорбях нам жизнью жить одной.

 

«Надеждой стань и Светом путеводным

В дни трудных испытаний и утрат,

В порыве битв, отвагой окрылённый,

Пусть сын в бою не ведает преград.

 

В безвременье тяжёлого разгрома

Легло на плечи множество забот,

Заступница, смири грозу и горе

И защити наш православный род.

 

И пусть врага молитва остановит,

Всю боль за Русь готова в сердце взять!

Молю, о Милосердная, покрова,

Помочь родную Землю отстоять.

 

Молю тебя, родная, о спасенье

Отеческой земли и сыновей,

И твоего прошу благословенья,

Родной народ избавить от скорбей».

 

Находит силу в вере боль земная

В печали безысходной на краю,

Храни молитва матери святая

Сынов бесстрашных в жизни и бою.

 

Наталья ГРАЧЁВА

 

* * *

Мой любимый  окутан дорогой,
мой любимый окутан дождем,
посидим у камина немного
и с тобою его подождем.
И под треск разгоревшихся веток
мы негромкий ведем разговор,
в переливах горячего света   
ощущая порыв и простор.
Я мечтаю: вот он – мой любимый!
Заходи: вот твой стол и постель,
и врывается счастье лавиной,
и срываются двери с петель.
Куплен ты дорогою ценою:
эти слезы – на вес серебра!
Я была терпеливой женою:
плоть от плоти и кость от ребра.
И любимый мне скажет: смелее!
Ожидания час пролетел,
обними же меня поскорее
и не бойся ни ветра, ни стрел!

 

Нина ОРЛОВА-МАРГРАФ

 

МОЙ ЛЕС

Мой смешанный – березовый, сосновый,
Мой шишкин смолянистый, васнецовый,
цокцокают, но цоканьем глухим 
в кольчужках черных бубенцы ольхи,
бесшумно падают с берез сережки,
узорят воду в бочаге 
                             бобровые сторожки,
а над ручьем, где месят лоси глинник,
в венце цветочном молодой калинник.
Бочажно-травяной, мой лес еловый,
смиренный инок и немногословый –    
неистребим ты, сколь тебя ни рубят,
зачистками, поджогами ни губят,
как Русь Христову – жгли ее иконы, 
расстреливать вели на полигоны,
в овраг, гулаг, в подвалы на Лубянку,
но даже смерть в фуфайке сторожила,
прижала жало и косу сложила:
коси иль не коси –
все остается 
островок святой Руси.

 

Нина СТРУЧКОВА

 

* * *

Такая весна, что на старости впору влюбиться,

Такая любовь, что весна всё никак не кончается!

Добры и прекрасны друзей просветлённые лица,

А ты почему-то грустна и готова отчаяться.

 

А осенью что тебе снова и снова не спится?

На тоненькой ветке висит и не падает яблоко,

На этой же ветке качается грузная птица,

Тяжёлую влагу несёт в себе светлое облако.

 

Смотрю на природу – какая отвага и сила!

И я научусь этой твёрдости сопротивления

И плечи расправлю, скажу: поняла и простила.

Судьба – не покорность, но стойкость и долготерпение.

 

Анна ТОКАРЕВА

 

* * *

Ради нас – и лопух придорожный,
И тюльпана лиловый бокал,
И заря, что легла осторожно
На безмолвие водных зеркал;
И кузнечик, что вечно стрекочет,
И пчелы неуёмная прыть,
И горластый задиристый кочет,
Что мечтает летающим быть...
И коровы дородное вымя,
И доверчивый пульс родника,
И певучее Родины имя
Не на час, не на год – на века.

 

Наталья АРТЁМОВА

 

*  *  *

Так велико могущество тепла,

Что кажется ещё одно усилье –

И ты поверишь, что печаль прошла,

Душа очнётся и расправит крылья.

 

И выйдешь в сад, встревоженный весной,

С последним снегом, потемневшим, грузным,

И рассмеёшься громко над собой,

Над всем прошедшим, жалким и ненужным.

 

Таким ненужным, что настанет миг –

И сердце оторвётся от причала

И поплывёт, как паруса двойник,

Как лоскуток цветного одеяла.

 

А на земле останется одно

Больное тело, полное печали,

Слепое тело, где уже давно

Усталости положено начало.

 

Но, может быть, в заветный час тепла

Оно захочет тоже пробужденья.

Оттаявшая чёрная земля

Ему надеждой станет и спасеньем.

 

Лилия АГАДУЛИНА

 

* * *

Звенит январь хрустальным звоном,

Морозный ветер бьёт в стекло,

И белым кружевным узором

Уменьшил в комнате окно.

 

Теплом своим задую свечи.

Вот эта тоненькая грань:

Там, за окном, – морозный вечер,

А рядом – нежная герань.

 

Там, за окном, метель и ветер,

А здесь уютно и тепло.

Там, за окном, темнеет вечность,

Два мира рядом – и стекло.

 

Наталья КОЖЕВНИКОВА

 

* * *

Любимый мой, бреду я наугад

С душой смятённой: где мой дом отныне?

Зачем крыжовник – русский виноград –

Венок колючий мне плетёт в унынье

И тень огня соседствует с листвой?

Любимый мой, прости мне нетерпенье,

Ещё в душе лелею образ твой,

Ещё я слышу ангельское пенье.

Но время умирает за спиной,

Как звёзды в перевёрнутом бинокле,

А впереди небес пустынный зной,

И сон без сна, и чей-то слабый оклик.

Завоет ветер, ветки теребя,

В моём саду, и я без слёз заплачу –

Как лодка на безводье, без тебя

Я в мире этом ничего не значу…

 

Ольга ЗАПОЛЬСКИХ

 

* * *

Чёрный олень  – золотые рога –

Звёздную крошку сбивает копытцем.

К речке склонился, рога помакал.

Ох, и студёною стала водица…

 

Травы, ещё не горьки – не сладки,

Смотрятся в омут, покуда безлики…

Сам златорогий властитель реки

Бродит один по кустам базилика.

 

Звёздная крошка опала в луга,

Утренней зорькой по травам клубится.

Вольная воля. Выходит Вольга.

Есть где на воле плечу раззудиться.

 

Анастасия ПОРОШИНА

 

* * *

Стихает тёмная вода,

Покорная предзимней стыни.

Дождей бессонных невода

С большим уловом ночь подымет.

 

Смиренью учится земля,

Меня баюкая тревожно, –

Но в колыбели ноября

Огню смириться невозможно.

 

На звонкой кромке тишины,

У горькой полыньи забвенья

Меня окликни – сохрани

Свечу на сквозняке осеннем!

 

Татьяна ХЛЕБЯНКИНА

 

СНЕЖНЫЙ СОН

Миллиарды пришельцев туманных высот

Вниз летят осторожно и мягко, как птицы…

Это снова над миром снег белый идёт,

И как жалко, что он скоро в дождь обратится…

Вот всё гуще, быстрей, невесомей кружа

За окошком снежинки летят, пропадают…

И исчезла вдали горизонта межа,

Миллиарды снежинок к земле припадают…

 

И она принимает нежданных гостей,

Колыбельную тихо поёт и боится,

Что одна из снежинок – задумчивых фей –

Приземлится у Вас на пушистых ресницах…

 

И растает. И станет мгновеньем дождя,

А быть может, слезинкой, посмевшей родиться…

Хорошо, что Вас вправду обидеть нельзя,

И всё это мне только нечаянно снится…

 

Марина КОТОВА

 

* * *

Всё суета, всё морок, всё тоска,

всё повторенье бывшего когда-то,

но роза, не померкнув за века,

мне со страницы дышит ароматом.

 

Мир зачумлённый в пепле и золе,

но том открою – вновь из дали давней,

как встарь, выходит плакать на заре

на крепостную стену Ярославна.

 

Моя родная! Всё пошло на слом,

мне в тесных цифрах нестерпимо душно.

Укрой своим воздушным рукавом

с морозною бобровою опушкой!

 

Екатерина БЛЫНСКАЯ

 

* * *

Гуси-лебеди шумно летят, продольно.
За ребро цепляют мальчишку жалкого –
И уносят в теплую тьму недоли,
Где июль пророс через ночь фиалками.
Но кому-то нужен тот непослушник...
И сестра, подолом подметая путь:
– Братец, пробегу я земную сушу,
Только ты продержись там, ещё чуть-чуть...
Если пряжа колюча, зорка Ягишна,
Позови из подпола мышку серую...
Пусть прядёт за тебя, я из леса вышла,
Я уже приближаюсь, уже у двери я!
Налетают гуси, не схорониться,
Оборвамшись, замерзнув, к тебе бегу я...
О колючки рву покупные ситцы,
Потеряла ленточку дорогую...
Да и что мне теперь... На колючем тыне
Черепушки светят, покоем блазнят,
Недвижима туманная полсть полыни,
Хохот неясытей ночных ужасен...


Пышные ломти маслянистой пашни...
И тепло живое в затылке греет...
Засыпайте дети... Так было раньше.
Все спаслись. Пора засыпать скорее.
Чайник пыхнул, кот завопил истошно...
Датчик света мигает, соседи бесятся...
Бабушка Яга, дай поспать немножко...
Вытяни из косм половинку Месяца…

        

Лариса ВАСИЛЬЕВА (Аврех)

 

* * *
Возникаю из плена небыли…
Век прозрачность, сомкнутых сном,
Хмурость туч, васильковость неба ли –
Чудо видения за окном.

Дремлет разум… Всё что-то снится мне,
Только рвётся и рвётся нить…
Мне б за смеженными ресницами
Хоть обрывочки сохранить.

Но пока те сны эфемерные
Не затмили явь бытия,
Их виденья стряхну неверные
И на круги вернусь своя.

В круговерть повседневную вброшена,
Сны оставила за плечом.
А ведь снилось что-то хорошее,
Вот бы вспомнить ещё, о чём?..

 

Светлана РАЗМЫСЛОВИЧ

 

ДОНЕЦК
Окраина. Разрушен мост.
И время – в никуда.
Здесь распрямилась в полный рост –
Беда, беда, беда!
Прибит бетонный лабиринт
К распятию дорог.
Густым родством набрякший бинт
Изводит некролог.
Затишье после девяти –
Набат колоколов.
Погасли фары – вновь ползти –
Тревогой вдоль домов.
Приметы строго обжиты –
Темнеть, неметь и стыть,
С луной переходя на «ты»,
С молитвой – не светить,
К ней обратясь как к божеству,
Земля творит обряд.
Сегодня снова поживу –
Четвёртый день подряд...

 

Елена БЕЗРУКОВА

 

* * *
Яблоко, подобранное в усадьбе Рахманинова,
С розовой кожей, оставшейся от зари,
Словно с передника накрахмаленного,

Из прошлого века – бери.
После зимы, шаги его помнящей,
Дремлющий плод рукавом потри,
Чтоб заблестел, словно жук беспомощный
В теплой руке – смотри!
И через воздух, набрякший музыкой,
Будто бы летней грозой густой,
Я как во сне по карнизу узкому
Ринусь на голос твой.
Будто бы верю, что ты подаришь мне
Вечность в обмен на смерть.
И, разрываясь, летит, над клавишами,
Вечный Второй концерт.
И в самолете ночном над Родиной,
На небесах оставляя след,
Яблоко спит. А тихонько тронь его –
Кажется, гений придет на свет.

        

Татьяна ЯРЫШКИНА

 

А  ВДРУГ?..

Замкнусь привычным образом в себе.

И посмотрю в окно – там город, осень...

А вдруг сейчас – и о моей судьбе

В соседнем храме кто-то Бога просит?..

 

А вдруг: пока я тут стою смотрю,

Под стылый дождь не выходя из дома

И всей душой предавшись октябрю

С его тоскою, мне давно знакомой, –

 

Тот самый кто-то, вовсе не знаком

Со мною будучи, из дома вышел?

И вот над городом с моим окном –

Всей осени и всех печалей выше –

 

Возносятся слова его сейчас

О милости и ближним и неближним...

Он шепчет: «Господи, прости всех нас».

А мне перестаёт казаться лишним

 

И этот серый день, и непокой

В моей душе, что с октябрём сроднилась.

Такая вот душа. И день такой.

Но право есть надеяться на милость.

 

Татьяна КОСТАНДОГЛО

 

* * *
Ты проездом, сын? Я  тоже.
На полях – лишь сена стог…
Годы вызрели. Похоже,
Подводить пора итог.

Месяц резал пуповину
По-живому – свет во мгле.
Зло добро дарило сыну,
Под землёй и на земле.

Мать твоя голубит бездну.
Бездну кутает она
Не в пелёнки, а в надежду –
Жив твой плач в колоколах!

Громом русские просторы
Подпевают бездне той.
Тары-бары-разговоры –
Над могильною плитой…

Снег летит, а дева плачет.
Тают годы без следа.
Бездна голосом ребячьим:
– Гуси, гуси!
                             Га-га-га…

 

Ольга КОЛОБОВА

 

* * *
Хрупкий цветок мегаполиса высажен сонный

Поздней весной на размеченной клумбе сезонной.

В грунт привозной, чтобы выжить, вцепляясь корнями,

Урбанистический скучный пейзаж оживляет.

 

К палеву солнца привычный, к неласковой тени,

Где посадили – цветёт, не растение – гений!

Принял жестокий закон человечьих владений,

Числится в списке почётном ландшафтных растений…

В тесной среде городской я упрямо взрослела.

Смог придорожный питал аскетичное тело.

И по примеру настырных настурций-бегоний,

Выжила в царстве асфальта, в стекле и бетоне!

 

Ольга ЧЕРНЫШОВА

 

ГОСТЬ

Ребёнок в вашем доме – гость,

От силы, лет шестнадцать-двадцать,

Его не выгони, не брось,

Он сам решит, когда расстаться.

Отыщет к счастью он ключи,

Найдёт к своей мечте дорогу,

До той поры его учи

Секретам жизни понемногу.

Корми, расти, примером будь

Ему всегда… И в час разлуки

Благослови в далёкий путь.

Потом, глядишь, пойдут и внуки,

И будут в нашем доме вновь

Гостям желанным – настежь двери.

Семья, преемственность, любовь –

И в эту силу надо верить.

 

Вита ПШЕНИЧНАЯ

 

РОДИТЕЛЯМ

                                           Светлой памяти Мамы

К тёмному небу солнечный зайчик приколот,

Как маячок. И с ним так спокойно спится.

Детство моё... Папа ещё молод,

Мама почти девчонка с глазами лисицы.

 

Жизнь началась, и прекрасна, как яркая сказка,

Жизнь – это что-то такое, чему нет конца.

Детство моё: ох, нещедрая мамина ласка

Да неприкрыто скупые объятья отца.

 

Небо потом темнело не только ночами,

Солнечных зайчиков вскоре и след простыл.

Где же ты, Детство?..
                              Затихнешь, пожав плечами,

Вроде оно и было, и ты в нем был.

 

Помнишь ночник над кроватью? – спалось так крепко,

Изредка в дымке цветных снов кружу,

Перебирая пожелтевшие снимки предков,

Я будто опору себе ищу и нахожу.

 

И к тёмному небу солнечный зайчик приколот...

Как маячок. И сердчишко так сильно бьётся...

Многое в прошлом: там папа – красив и молод,

А мама – девчонка – звонко-звонко смеётся.

 

Ольга КОЗЛОВЦЕВА

 

* * *
Я из той деревни родом,

Где окно в окно дома

И река за огородом,

Как в награду, нам дана,

Где во ржи среди колосьев

Заблудились васильки,

И куда радушно в гости

Приглашают земляки.

Там, за низеньким порогом,

Расстояний скину груз.

Я из той деревни родом,

Где живет доселе Русь.

 

Наталья ШАХНАЗАРОВА

 

В ТИШИНЕ ДУШИ

Не то чтобы мне хочется покоя,

А просто быть грозе – здесь тишина...

И лошади уснули над рекою,

Как будто над телегою пшена.

 

Не то чтобы мне хочется в промозглой

И этой леденящей тишине

Найти отдохновение для мозга,

Которое не встретить и во сне.

 

Не то чтобы мне хочется забыться,

Упасть в промокший чернозём, во тьму,

И слушая, как сердце будет биться...

Но будет отдых сердцу моему.

 

Не то чтобы не будет связи наших

Сердец, энергий, душ, умов и тел...

А просто в этот миг туман так бел,

И мы одно – и нам сей сон не страшен.

 

Не то чтобы мне хочется, чтоб птица

Встревожила, взлетев, движенье вод,

А просто – в эти воды опуститься,

И перепутать с ними небосвод.

 

Не то чтобы, корзину наполняя

Брусникой или клюквой до краёв,

Почувствовать, как тишина лесная

Рождается во мгле родных краёв,

 

Как сквозь листву просвечивает время,

Как под землёй звенит-поёт ручей.

Не то чтобы есть гений мелочей,

Иль некая извечная система…

 

А просто – растворяется душа

Над бором, над полями, над домами.

И птица – росчерк от карандаша...

И гребень рощ над жёлтыми холмами...

 

И просто каждым звуком тишина

Доходит до глубин сознанья, точек...

Что слышно даже, как лесной источник

Уже покрыла пеленой луна.      

 

Лариса СТРЕЛЬЦОВА

 

ПОКА НЕ ПОЗДНО

Вселенная, холодная, как вечность,

Открытая в немую бесконечность.

И там вдали среди других планет

Наш вечный шарик крутится под Солнцем — 

В пространство бесконечное несется,

Теплом и светом солнечным согрет.

 

Здесь, на Земле зеленой, полной жизни,

Извечно происходят катаклизмы — 

Воюет с человеком человек,

Забыв о том, что просто суетится,

О том, что мало, в сущности, продлится

Его наполненный страстями век.

 

Все чаще войны и сильнее страсти,

А с ними бесконечные напасти,

Энергия, что источает зло,

Не только наши души иссушает —

Жизнь на Земле она уничтожает — 

Любовь, надежду, счастье и тепло.

 

Дурные мысли и дурное слово

Нас задыхаться заставляют снова.

Что происходит? Нам грозит беда!

Ссылаемся на смог, погоду, климат,

Взываем: «SOS! Планета скоро вымрет,

Не возродившись больше никогда!».

 

Вся жизнь — борьба, а где борьба, там злоба,

Но ты хотя б когда-нибудь попробуй

Пожить в гармонии с самим собой,

Вглядись в себя пока еще не поздно,

Потом взгляни на небо и на звезды —

Вот где живут свобода и покой.

 

Екатерина МОНАСТЫРСКАЯ

 

АВГУСТ

Под ясным ласковым лоскутным небом августа

Уж рыжина в корнях запутанных усталых трав густа,

 

Грачи с грачатами гурьбой на пашне озими

Гутарят, грая меж собой о скорой осени,

 

О перелёте за моря, за дали дальние.

А вечера, лазурь багря, глядят хрустальнее,

 

И озаряет зыбкий луч, сквозя меж грозами,

Изгиб реки, откосы круч, старуху с козами.

 

Под вечер солнце за леса. Над марью волглою

Течёт златая полоса в туман за Волгою.

 

Маргарита ШУВАЛОВА

 

ЛИПОВЫЙ ЦВЕТ

Воздух солнцем июньским прогрет.

В скверах липы густой аромат.

Загляделась на липовый цвет,

Словно в детство вернулась назад.

 

Будто мама стоит за спиной.

В милом облике прежняя стать,

Тот же голос спокойный, родной:

‒ Дочка, липу пора собирать…

 

Дух медовый, с июньской ленцой,

Словно в прошлое тянет к ветвям

За соцветьями с жёлтой пыльцой.

Вот нарву их и маме отдам.

 

Льнутся ласково сами к рукам.

Запасёмся! И хворь не страшна!

‒ Расскажи, как тебе, мама, там

В небесах?

                         А в ответ – тишина,

 

Ни словечка… Зови, не зови…

Сквозь листву пробивается зной,

И стою в этой сладкой пыли,

Словно к липе прильнула душой.

 

Алёна ПОДОБЕД

 

* * *
То из воды, то из стекла,
Порой случайные
Нас отражают зеркала,
Храня молчание.

И не укроешься от них:
Под веки сонные,
Пока усталый мир притих,
Таращась совами,

Читают тайное в глазах
Бесстрастно-пристально.
Ведь даже малая слеза
На службе приставов.

В иные смотришься — душа
Такая мелкая…
Да и земной, по сути, шар —
Все то же зеркало.

Где отражает океан,
Где просто лужица
Любой проступок и изъян.
Что проку тужиться

И околесицу нести,
Мол, жизнь коверкала...
Но в чистоте себя блюсти,
Не гадя в зеркало.

        

Ольга ВОЛКОВА     

 

СМЕРТЬ И ПОЭТ

Вечность тебя растащила на части
Для правды последних мгновений.
Проживший все роли, узнавший все масти,
Ты в прежнем единстве, гений.
Бессонные ночи, огни пробуждений –
Всё вместе. Ведь разницы нету.
Дыханье всё реже, но пишешь ты, гений,
На полночи, в бездне, по свету.
Все раны открылись, и хлынуло слово –
С тобою всегда наводненье.
Почти тебя нет, только пишешь ты снова.
Ах, это моё видение!
Но в этом видении – космос, планеты
И то, чего быть-то не может...
И катится вновь золотая монета
В бездонность, на синее ложе.
Нет, я не закончу строкой о рассвете,
Мне тесно меж Тенью и Светом.
Не зря ведь дышала стихом о поэте.
Теперь я продолжусь Поэтом.

 

Полина ГРОМОВА  

 

* * *
Видела горы. Стоят в голубых снегах.

Острые пики теряются в облаках,

Будто бы Бог возьми да и потяни

Краешки накрахмаленной простыни.

 

Видела степи. Лежат, словно калачи,

Вынутые хозяйкою из печи.

Бронзовые на солнце – такая сласть!

Даль карамельной корочкой запеклась.

 

Видела море. Плещется. В берегах

Тесно ему, но не выйти из них никак.

Бьется прибой и камушками, на вид

Словно соленый арахис, хрустит, хрустит…

 

Видела многое. Большее – впереди.

Только настало время свернуть с пути.

Крюк не велик, и дорога моя легка:

Еду домой – посмотреть, как цветет ирга.

 

Людмила МЕЖИНЬШ

 

* * *
Белая птица с лицом человеческим –
Сердце лучится сознаньем проведческим –
Села на правую руку судьбе,
К матушке бедной, в полёте... к тебе...

Птица с лицом и с глазами закрытыми –
Жизнь впереди... Ей слезами пролитыми

Тысячи бед предстоит отвести
На предначертанном колком пути.

И, нарекая Матроной крещением,
Видел священник, как ангел в парении
Чудо-младенца в купель окунал,
Белою птицей мелькал у окна...

Белая птица, московская странница,
В мире людей как душе не израниться?
Как обнимать тех, кто может сгубить,
Не осуждать, а, прощая, любить?

Белая птица скорбящему встретится,
Чистым пером, исцеляя, отметится.
Чувствуешь? Верою зреет душа,
Верный шажок по Земле соверша?

Птица с лицом и с глазами закрытыми –
Жизнь позади... Ей слезами пролитыми

Тысячи бед предстоит отвести
На предначертанном... вечном... пути...

---------------------------------------------------------------------

ФАЗУ АЛИЕВА

МОЙ ГОЛОС

Отрывок из стихотворения


...Отчизна!
                  Наша гордость и отрада!
Я – птица твоего большого сада,
И голосу доверься моему.
Тебе служить – вот высшая награда,
И если от меня
                         хоть что-то надо,
По первому же знаку

                                 я пойму!
Ведь все,
           что с детства ты дарила мне,
В крутой дороге я не растеряла,
А собирала
                     с самого начала
И берегла в душе,
                          на самом дне,
И в песенный мой голос превращала,
Его очистив,
                        как металл в огне…
Перевод с аварского Сергея Северцева

 

 

ПРИКРЕПЛЕННЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ (1)

Комментарии

Комментарий #30592 15.03.2022 в 20:01

Прекрасный поэт, огромная работа проделана. Молодцы. Память достойна.