(публикация части I: https://denliteraturi.ru/article/6478)
Андрей РАСТОРГУЕВ
ЗЕРНО В ЖЕРНОВАХ
Операционные хроники II
* * *
Войска в огне, они заряжены вдвойне,
а мы опять не подготовлены к войне.
Они – бойцы, у них с работою верняк.
А мы их жизней потребители – мирняк.
Они садятся за небесные столы,
а мы – отставшие до времени тылы,
вчера уверенные: тот передовой,
кто не в окопе и не на передовой…
Медвежий рык любимой Родины и лик,
когда отвык – непривлекателен и дик.
Не каждый помнит хорошо на фоне шоу,
когда и кто границу первым перешёл.
От плевел зёрна, правду лютую от лжи,
когда умеешь, отдели и одолжи
былой любовью одолённому уму…
Тылы подтянутся – всё движется к тому.
Ещё одно осталось только различить –
умом принять, но сердца не ожесточить.
9 апреля
* * *
Памяти солдата морской пехоты
Ивана Лукина
Он не пишет, не спит, не кричит –
в телефонную плитку молчит.
Не звони, даже если дела –
похоронка на сына пришла.
Он бы сам, если надо стране,
за победу погиб на войне –
про былую до нынешних слёз
много слов он всерьёз произнёс.
А слова, что живая трава,
в наших детях растут на раз-два.
Сын морпехом ушёл на контракт,
и теперь – у невидимых врат.
В южном городе русской земли,
где людей языки развели,
за присягу, солдат рядовой,
он ответил своей головой.
Чтобы нá ветер слов не бросать,
что отцу в Телеграм написать?
Если слово вернётся к нему,
я поверю ему одному.
14 апреля
* * *
Спрашивать за вину ли
c того сперва,
кто сыплет зёрна
в тяжкие жернова?
Или виновен более,
кто зерну
дал на прокорм
разверстую глубину?
Зубы драконьи
или живая рожь –
глядя на комья,
сразу не разберёшь.
Жизни ли возрождаться
из-под руки?
Надо ростков дождаться
или муки.
Выйдут ли караваи
потом туги
или раскрошатся
каменные круги?..
Хлебною плотью
да на драконий зуб –
оборони щепотью
касанье губ…
18 апреля
* * *
Летучим топотом пехоты
с жовто-блакитной стороны
понабежали то ли боты,
то ли живые доброхоты
неосязаемой войны:
следили или подгадали –
к подножью скорбного стиха
с глумливой надписью «ха-ха»
злорадных рож понакидали.
А в настоящей у меня
и заслужившие верёвки
не будят, ум обременя,
уничижающей издёвки –
им воздаётся за дела
по исторической программе...
С тяжёлой горечью тела
иные вижу в Телеграме
и в зареве возобновления
предшествующих мировых
желаю сердцем вразумления
всем остающимся в живых.
23 апреля
* * *
Когда словесной паутиной
тэвэ торгует на развес,
война становится рутиной,
истачивая интерес.
За числовою обезличкой
перекорёженной брони
окутываются привычкой
разрывов жёлтые огни.
Но ежедневного итога
всё ждёт засевшая в груди
обыденная тревога
завесы дымной впереди.
1 мая
* * *
Моя берлинская подруга
сказала в первый день военный,
что вечером идёт на митинг –
друг ситный, мол, не обессудь,
и фотографию прислала,
где Бранденбургские ворота
располосованы красиво
на жёлтый и на голубой.
Мы с нею сотню лет знакомы –
с тех самых пор, как в прошлом веке
моя страна была едина,
её страна – разделена.
Тогда по юности казалось,
что все границы одолимы,
и нас ничто не разделяло
по эту сторону стены…
Хотела ли она услышать,
что ныне, окажись в Берлине,
не сомневаясь ни секунды,
я с ней бы вышел заодно?
Не знаю. День тот первым не был,
и с нею мы не обсуждали
с четырнадцатого в Донбассе
пульсирующую войну.
По мне тут сразу две гражданских
срослись – былой страны и новой.
А как по ней – со всей Европой
война затеяна теперь…
Насчёт Европы всё яснее,
но скоро ли опять сойдутся
две наших правоты – отныне
по обе стороны стены?
4 мая
* * *
В апреле на стенах моего дома
кто-то оставил две надписи:
«Нет войне!» и «За мир!».
Ходит кто-то при луне
по весенней тишине –
«Нет войне!» по штукатурке
мелом пишет на стене.
Восклицает, как по мне,
совершенно искренне.
Все мы, если не придурки –
люди мирные вполне.
Все по нынешнему дню
украинскую родню
видеть вовсе не желаем
обрекаемой огню.
И отречься от родни –
не по-русски, извини,
хоть седьмой воды родная
да на киселе – ни-ни.
Но, бывает, и родня
подпаляет среди дня,
и единое доныне
разделяет городня.
Вот и думай на раздвой
воспалённой головой,
кто теперь на Украине
свой да памятью живой.
Или все до глубины
корни выкорчеваны –
русских перелицевали
на манер Галичины,
чтобы снова шли холопы
нараспашку на копьё
не частинами Европы,
а подручными её?
Не по-русски свою мать –
город Киев – отдавать
тем, что с тёплого, жилого
окопались воевать.
Канули в степи навек
половец да печенег.
Невеликая обнова –
европейский человек…
Места в небе грозовом
мыслям нет о розовом,
коль нашла коса на камень
в этом ритме плясовом.
Потому и не спешу,
лозунг давний не пишу –
торопливыми руками
штукатурки не крушу.
И обратного ему
я руки не подыму
написать, поскольку мира
надо каждому в дому.
За него зовёт другая
надпись поверху стены –
в быстроте не уверяя,
горечи не умеряя,
только разум примиряя
с продолжением войны.
12 мая
* * *
Хоть ещё Россия велика,
некуда опять нам на попятную.
Были войны после сорок пятого –
а подобной не было пока.
Жизнь моя в запасе прожита,
а не под зелёными погонами
потому, что жизней миллионами
наперёд оплачены счета.
Долгий мир не всякому вредит,
но, похоже, кончился кредит –
те, что не пошли на мировую,
новых повели на мировую.
14 мая