Светлана РАЗМЫСЛОВИЧ. А НЕБО СВЕРКАЕТ ПОБЕДНО… Поэзия

 

Светлана РАЗМЫСЛОВИЧ

А НЕБО СВЕРКАЕТ ПОБЕДНО…

 

ЛЮБИМЫЙ ГОРОД
Спрятанный – под подушку,
Колющий – под ребро,
Сердце моё, радушье,
Вера моя – в добро!

Всех-то – и дум, и счастья –
Дни, вечера, века –
Горечь, любовь, бахвальство,
Как ты? Привет! Пока –

Видимый – точкой в картах,
Пульсов моих – рубеж,
Первопрестольных мартов –
Слава, покой, мятеж,

Сила моя и память!
Имя моё и речь!
Не распрямить – расправить
Времени быстротечь!

Хлеба ломоть – в передней,
Соли щепоть – держись!
Вписанный в стих последний –
Город мой.
                      Больше – жизнь!

 

* * *

Сойдёмся в точности – на Покров,

Взлетев над залпами новостей.
Неторопливы – исход ветров,

Не став героями повестей.

И он мне скажет, взглянув на дверь,

Как только горький осядет смрад:
Я – начертатель твоих потерь

И охранитель твоих наград.

Я – искуситель твоих племён

И скудный выводок слепоты,
Я – предсказатель твоих имён,

Как только горе забудешь ты.
 

Как только стронется солнцепёк

С твоих иссохшихся алых губ,
Я выгнусь радугой, кровоток,

Первопрестольный и однолюб,

Страна нетронутых островов

И нерушимых – века – границ,
Руины капищ, злой крысолов,

И собиратель твоих страниц,

Несокрушимость твоих полков

В походе грозном – за рубежи.
Недавний выходец, счёт долгов,

Трудов немыслимых – тиражи,

Бессилье мрачное – на закат,

И ангел светлый – из темноты.
А мне послышится: виноват,

Но понимаешь, я – это ты...

 

* * *

Когда-нибудь из множества морей
Я выберу единственно-своё,
Которое – с полсотни кораблей
Заполнило литое громадьё,
Которое – нещадна глубина
В кочевье перевёрнутых небес.
Которому счастливая – одна
Среди других отринутых телес –
Вдруг станет превеликим – всех и вся,
Заступничеством – более всего,
В безумии – и примет как дитя,
Которому и штормы – баловство.
И станет мерой – искренность. Скорей,
Чем самое крикливое враньё,
Я выберу из множества морей
Единственно-правдивое – твоё.

 

ГЛУБИНКА РОССИИ

Непривычны разгулы гулянья,
Мне милей тишины благодать.
Я живу на таком расстояньи,
Что отсюда Москвы не видать.

Что с проблем – дураки да дороги,
Здесь и тех, и других – не всегда.
И Колян наливает Серёге:
– Ну, глубинка, так то – не беда!

И народ голосистый столичный
Этой думы никак не поймёт:
В тишине, к суете непривычной,
Нашу звёздность не всяк обоймёт.

Нет, бабуль, не спеши рассердиться,
Видишь – прибрана светлая прядь.
Если б выдали долю – решиться,
Только б ей разрешила принять.

Так сегодня – не песнь, не святыня,
Не хвалюсь, не прошу, не шучу.
Я твоим отголоском, Россия,
В каждом празднике звонко звучу!

Не ругайте ж меня: «Озорница!»,
Успокоюсь сама как-нибудь.
Если б выпала доля светиться –
Только ей освещала бы путь.

Мне со сцены сойти, обессилев, –
Жди, родная моя сторона.
Ты настолько глубинка России,
Что безмерна её глубина!

 

* * *

Тишина ложилась покрывалом
На скупую выщербленность дня.
Не скрипел калиткой обветшалой
Сонный сад, тревоги схороня.

В синеве, едва приметный глазу,
Растерял сиянье лунный свет.
И листва, поблёкшая не сразу,
Затихала шорохом в ответ.

Остывая, жар дневной клубился,
Заискрясь над золотом огня.
Всякий здесь о счастии молился,
А сегодня – очередь моя.

Мне ль певучесть истинную слышать,
Мне ль раздолье – сердцем принимать,
Всё одно – цветением у вишен
Лучезарный май перенимать.

Ожидать от лета – долголетье,
От осенней выжжености – медь.
Из земли проклюнувшись соцветьем,
За неё всем цветом изболеть.

Возле леса сумерком ложиться
И вставать зарёй из-за холмов.
К колее израненной прибиться,
Замереть тоской среди шумов.

И журавль, спускаясь с небосклона,
От синиц безродных отстоя,
Поманил крылом блестящим:
                                                     – Оный!
И сегодня – очередь твоя…

 

* * *

Ручейки мои, слов – потоки!
Разнотравий моих поля!
Строчек памятных – поволоки,
Равновесий моих – земля!

Ласки трепетность, бесшабашность,
Бой последний и первый страх.
Писем выученных протяжность
Влагой в светлых – моих – глазах!

Спины крепкие, зов вечерний,
Прямость будущая – Кремля.
Горы-реки, раздол губерний,
Мои дети – вся Русь моя!

 

ЗОЛОТО ВОРОТ

То, что хочешь ты зажечь в других, 
Должно гореть в тебе самом…
                               Аврелий Августин

От всех – от тех – несбывшихся высот,
От всех врагов, увы – ненастоящих,
Привет тебе, о золото ворот,
О, взоров блеск и ропотность входящих.
Распахнутость небес примерив на
Своих широт внезапную светимость,
Понять, что впору Дару – глубина!
Принять, как волю – Дара негрешимость.
Не Августин, но – слово будет, для
Любви теченья между облаками.
И, отболев, срывают тополя
С себя покой, прописанный веками.

 

И ЭТО СЕВЕРНОЕ НЕБО…

Быть может через годы, быть может через дни,
С тобой мы будем вместе, и будем мы одни...
                                                                  К.Бальмонт

И это Северное небо,
В веках покоясь – сединой,
То выплывет – из стран, где не был,
То спрячется – тоской одной.
То вырвется – одной молитвой,
То спешится – покоем – Бог.
И пеплами – последней битвы –
Прошеньем кружится у ног,
Ложась бесшумно за дорогу.
Злорадствуют: какой же дух
К таким нисходит на подмогу,
Не выбравшим – одно из двух?
Непонятым, непримиримым,
Бесхитростным – но здесь – господ,
Незнаемым и невредимым,
С которыми и миг – за год,
И день – за жизнь, и слово – треба
Всех жажд – чудесна и легка.
И смотрит Северное небо
На чад своих – как в облака.
И знамо нам – о всём, что скажем,
И сны плывут за горизонт:
Как мир велик – и двухэтажен,
Как свет наш – близко, как Бальмонт...

 

* * *

Безропотно, бесспорно,
Уткнувшись в тишину,
Как замку – ночь – покорна,
И ритмы – плясуну,
Как вечность – полнолунью,
И леность – забытью,
Отъявленную лгунью –
К наитию! К чутью –
Застенчивость избуду,
Метель окну – канва.
Да! – Яркость – изумруду,
И цельности – Нева.

 

* * *

Мне идёт твоя рука
                                    на взгорье,
Там, где небеса спускают с плеч
Зарожденье дня.
                             И нежность вскоре
Расцветёт в прерывистую речь
И в поклон могуществу светила,
В дрожь травин, разостланных у ног.
Я такой ещё не восходила
Там, где только ты касаться мог…

 

СОЛДАТУ НОВОГО

ОСВОБОДИТЕЛЬНОГО ПОХОДА

Ты – ветер, а я –
                       только чёрствый хлеб,
Забытый в твоей котомке.
Как вырос, мой мальчик,
                                           и как окреп,
Как голос твой стал –
                                      негромким.
Как враз прорываешься из кольца,
Как смело идёшь – на танки.
Как твердь твоя – мощью на подлеца –
Хоть зверь, хоть фашист, хоть янки.
Ты – неба родного
                                 святой простор,
А я – самолёт летящий.
Я грубости – новой в тебе – в укор
Ни слова. Непреходяще –
Молюсь за тщедушность твоих худоб,
Броне – да не быть пробитой!
Ты – Родина,
                         я – Твой горячий лоб,
И грязь на щеке небритой...

 

РОЖДЕСТВО 2023

                     Алексею, позывной «Скобарь»
Сразиться с лихом – не озвереть,
Промолвить тихо – не оробеть,
Всё человечество – век живи –
Лишь о победах. А о любви –
Одним мгновеньем – с передовой,
Как благодарность – ещё живой,
Как в кружке ржавой – чиста вода,
Как спят спокойными – города
Сегодня с точностью предсказав,
Что новой вестью взойдёт звезда.
И подношенья несут волхвы,
Но утешенье – в слезах, увы.
Под канонаду боёв окрест
На площадь ставят высокий крест.
Чернеет неба нечёткий крой,
И люд взмолился – солги! укрой!
Но мальчик смело глядит на мир,
Да позывными вопит эфир.
И мать сказала:
                             – Вернись живой!
О, сын мой, Бог мой, Спаситель мой!

 

РОДОМ ИЗ ПОХОДА

В стране величайшей охоты,
Где трубы сменяют кресты,
Равняемся с бравой пехотой,
Считаясь за цель – с высоты.

Несёмся по выжженным сёлам,
Торопимся к ночи успеть.
И прячем тревогу в весёлость,
Сдобряя ругательством снедь.

Облавы густы и жестоки,
Погибель – без края поля.
Под ногти вонзаются токи,
А кажется – просто земля

Над вскрытыми венами нивы
Взрывается сгустками тьмы,
Где нас хоронили живыми,
Считая, что мёртвые мы.

Но дождь принимаем за благо
И облачность чтим как завес.
Нам кажется, это – отвага,
На деле ж – великий замес,

В котором кровавая ханка
До глотки наполнила рот.
Так мальчик, лежащий у танка,
Хоть вечность смотри – не вздохнёт.

Куда же теперь с этим телом?
И с памятью этой – куда?
И снова – в поход оголтело,
Хоть к дому ведут провода,

Мы в час нескончаемой битвы,
Сорвав все сомнения враз.
Твердим, как спасенье, молитву,
Не слыша суровый приказ,

Свои поднимаем забрала,
По чести равняя порыв.
И вдруг засыпаем устало.
Считая победой – прорыв,

К которому ринулись карты,
С поспешностью правя: «Донбасс».
Друг с другом меняются марты,
Стоящие насмерть за нас

От самых границ сотворенья
До ныне израненных душ.
Уходим опять в ополченье,
Губами нащупавши сушь,

Но вдруг исчезаем бесследно,
И мир успокоен грозой.
А небо сверкает победно,
Хоть кажется нам – бирюзой…

 

ВОЗРОЖДЕНИЕ

Превращается в точку
Ушедший рассвет,
Забирается полдень
Тревогой под кожу.
Одолжи, брат, на сутки мне
Бронежилет,
Оберни все ругательства –
Свёртком – в рогожу.
Я тебя обнадёжу:
Неношено в свет,
Платье новое ждёт
Невредимого тела.
Хоть ругает маршруты
Невзрачный планшет
Не найдя переходы,
Петлять то и дело –
Ждёт от нас не война,
А спасения страсть.
И потерянный след
Искривившейся тризны
Не предаст! Не позволит
Без вести – пропасть
В опалённых степях
Обретённой Отчизны!
И тогда, полной грудью вдыхая в тетрадь
Тишину и весеннюю свежесть сирени,
В новом платье Победу
Я выйду встречать.
И пред стягом её
Опущусь на колени.
И отдам тебе выцветший бронежилет,
За спиной пряча дрожь
Искорёженных пальцев.
И вернётся, ушедший за сумрак, рассвет,
Чтоб Россией – в тебе и во мне – возрождаться!

 

НАМ МАЛЬЧИКОВ СВОИХ БЕРЕЧЬ

О, матерь – сада не садить,
И дом не строить – знамо.
Нам мальчиков своих растить
До мужественных самых!

Нам мальчиков своих беречь! –
От лихости, от пули.
От слова скверного и сеч
В неистовом разгуле.

Коль скоро – недругам вопить
Проклятия пророку,
Нам мальчиков своих – учить! –
Упорности и сроку,
    
Порядочности, торжеству,
Спокою и участью.
Сквозь мир, разорванный по шву, –
Воздать добру и счастью!

Достанется – с войной женитьб,
Боёв – у сердца прямо.
Нам мальчиков своих – любить! –
До жертвенности самой...

 

В СОЛДАТЫ

И снова сыпят по нам проклятья,
Как сотни Градов – по городам.
Я содрогаюсь: «Ужели, братья?» –
Не мне отмщенье, но «Аз воздам».

Зловещий пафос громит людское,
Срезая купол у древней «Ять».
Я затихаю: «Прошу – покоя!».
И сын приходит меня обнять.

Речей проигранные сраженья –
В тиши зловещей – нам не уснуть,
Я умоляю: «Прошу – прозренья!».
И жизнь указывает мне путь.

Когда взогретые циферблаты
Не могут с вёснами совладать –
Я обращаюсь: «Прошу – в солдаты!»,
И Бог записывает: «Принять!».

И выдаст время калибр смертельный
Прицельным рифмам – держи ровней!
Я зажимаю – как крест нательный –
Родную землю – в строке своей...

г. Великие Луки