Денис ПОПОВ. ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗЕМЛИ. Поэзия

 

Денис ПОПОВ

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗЕМЛИ

 

* * *

А время порой, словно титры.

Вокзального вроде табло:

два цвета всего на палитре,

два цвета: цвет фона и слов.

 

Что было со мной до рожденья –

не скажет мне память-радар.

Поэтому есть ощущенье,

что я был на свете всегда.

 

Но жизней чужих скоротечность,

их смерти твердят о другом:

какая короткая – вечность:

две даты,
                      две даты всего.

 

* * *

– Как живёшь?
                            – Как живу?! Помаленьку!

В смысле том, что – всего по чуть-чуть.

– Чтобы не подогнулись коленки?

– Для того, чтобы всё – по плечу!

 

– Не женился?
                               – Да нет, слава богу!

Одному тесно в старой избе.

– Да, хороших жён нынче немного!

– Я и сам, как супруг – так себе!

 

– Ты квартиру возьми в ипотеку!

– Взял – положим, а дальше чего?!

Чтоб глядеть на фонарь и аптеку,

приезжая с работы раз в год?

 

Я вахтую.
                     Кто, в здравом рассудке,

месяцами меня будет ждать?!.

– Ну и жизнь!
                        Как на детском рисунке,

где лишь домик, калитка и мать.

 

* * *

Вновь деревня в осеннем уборе

дерева, словно коврики, бьёт.

Как билеты на поезд, который

ходит только пять месяцев в год,

облетает листва на ступеньки

материнского дома с торца.

Не уверен, что шапка по Сеньке,

но пройдусь там, где корни отца.

Слава Богу, колпак по Ерёме!

Пусть уже не пацан: в рюкзаке

я ношу, горькой памяти кроме,

всюду горьких таблеток пакет.

Я пройдусь. Неизвестно – вернусь ли?!

Ну а если вернусь, то каким?!

Что ж вы плачете, лебеди-гуси,

по-над чёрною лентой реки?

 

* * *

Мать моя, вдова отца, –

Говорит – ребро сломала:

Поскользнулась у крыльца.

И смеётся, будто – мало.

 

Будто хуже быть должно.

Ведь бывало тяжелее.

Ей за шестьдесят давно,

И, как принято, жалею

 

Я её, но вид держу

Равнодушный, как учила...

Что – случись чего! – скажу,

Стоя над её могилой?

 

* * *

Хоть и лето прошло безъяблочным,

потому что побило холодом,

всё же редкость – сентябрь безоблачный,

чтобы небо – до звёзд прополото.

 

И картошечка впрок имеется:

из землицы да в подпол спущена.

Видишь – в небе луна виднеется,

точно клубень, в ряду пропущенный?

 

Не топчи ты, октябрь, калошами,

не насилуй души растеньица.

Осень – редко когда хорошая,

но за это она и ценится.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗЕМЛИ

Из-под снега – трава, точно русая прядь

Из-под простенькой бабьей косынки.

Даром, эта земля не похожа на мать,

Как я сам не похож на травинку.

 

Даром, эти ветра не похожи на плач

Бабий, а жизнь моя – на смиренье.

Только мне никогда не был нужен толмач,

Чтобы знать: я – её продолженье!

 

Этой бедной земли, где в морщины дорог

Превращается взгляд её синий.

Что зиме до того, что я ростом высок –

В бороде пробивается иней.

 

* * *

Мне б о лете в рамочке оконной,

Чтобы мёд – на кончиках усов.

Только бьётся снег в окно вагона,

Как минуты о стекло часов.

 

Мне бы утро раннее да вечер:

Днём не замечаешь, что – живой!

Мне бы время слышать, ноги с печки

Свесивши, не с верхней боковой.

 

Мне б в газетке некрологов после

Записать на уголочке дня,

Как я жизнь свою однажды бросил,

А она не бросила меня.

 

* * *

Как войти в эту зиму – не знаю,

Не знаком я как будто с зимой.

Будто кто-то всё время врезает

В двери старые новый замок.

 

А за ними то хрипы, то ропот.

Об ушедшем гнусавит винил:

Как горел, словно осень, мой опыт,

Чтобы новый его заменил.

 

Как под бьющимся саваном дыма

Исчезали царапины дат...

Как войти в эту новую зиму?

Ключ от старой кому передать?

 

* * *

Подумаешь, съели собаку

и не подавились хвостом.

Умнее не стали, однако,

ни тотчас, увы, ни потом.

 

– Рычали?
                    – Бывало, рычали!

– И лаяли?
                      – Мы ж не со зла!

– Ну что вы, собак не едали,

стараясь закончить дела?..

 

Едали! – не дрогнули бровью. –

Не всё же чаи да чаи!

А ту, что из плоти и крови, –

впервые.
                     Приелись свои.

 

ПОЛТИННИК ВО СПАСЕНИЕ

Мороз, сменивший накануне

метель, под утро стал крепчать.

И, как черёмуха в июне,

белеет борода бича,

что на «Бояр»* добавить просит:

– Земляк, накинешь полтишок?

Даю купюру, вспомнив осень,

когда «до ручки» сам дошёл.

– И сигаретку, если можно!

– Держи, хитрец, чего б не дать!

Когда б моей пугались рожи,

давно б отгоревала мать...

На том расстались.
                                  Даль белела,

что борода бича и нос.

Полтинник – не большое дело,

но может выручить в мороз.

------------------------------------------------------
        *«Бояр» (жарг.) – настойка боярышника

 

* * *

                 Истинно говорю вам, если
        не обратитесь и не будете как дети,
                 не войдёте в Царство Небесное.
                                                        (Мф 18:3)

Мне Царство Божие не светит,

уж если эта жизнь – не та.

Мне, ворчуну, не стать, как дети,

завету следуя Христа.

 

Ах, детство: ни войны, ни мора!

Сиди, подарочек родне,

смотри, как зреют помидоры

на белом мамином окне.

 

И зрей подобно им, вбирая

сочащийся сквозь штору свет.

И думай: как он там, в сарае,

твой первый спрятанный скелет.

 

* * *

Чем я Господу обязан

За покой ветвей ручных?!

Кто-то облако размазал

В уголке небес ночных.

 

Кто-то зорьку по-над лесом

Расчесал.
                       Работа чья?

Дать бы по рукам балбесу,

Но балбес здесь только я.

 

И дрожит, дрожит иконой

Счастье в птичьем галдеже...

Рот прикрой, не то ворона

Залетит, не дай Божé!

 

* * *

Бледнеет небо, на отшибе

К ветвей прибитое кресту.

Блаженны страждущие, ибо,

Как плотью, верой прирастут.

 

Блаженны плачущие, будет

Однажды их утешен взор.

Что, неблаженных, нас остудит,

Когда войны затихнет ор?

 

Когда клинки исчезнут в ножнах,

За неизвестными дверьми,

Пусть не блаженными, но всё же

Останемся ли мы людьми?