![Владимир ХОМЯКОВ Владимир ХОМЯКОВ](https://denliteraturi.ru/files/article_img/big/1716198390a542.jpg)
Владимир ХОМЯКОВ. ТАК ВСЕГДА ПОСТУПАЮТ ПОЭТЫ. К 135-летию со дня рождения Николая Асеева
Владимир ХОМЯКОВ
ТАК ВСЕГДА ПОСТУПАЮТ ПОЭТЫ
К 135-летию со дня рождения Николая Асеева
Ещё с юношеских лет мне памятен Николай Николаевич Асеев (1889-1963) как один из представителей отечественного литературного течения футуризм, автор получивших широкую известность произведений: «Марш Будённого» (1923), «Лирическое отступление» (1924), «Синие гусары» (1925, декабрь), поэмы «Маяковский начинается» (1940), за которую был в 1941 году удостоен Сталинской премии первой степени.
При жизни Николая Асеева вышло не менее шестидесяти его разножанровых книг. Среди них «Ночная флейта» (1914), «Зор» (1914), «Оксана» (1916), «Бомба» (1921), «Стальной соловей» (1922), «Расстрелянная земля» (1925), «Высокогорные стихи» (1938), «Пламя победы» (1946), «Раздумья» (1955), «Зачем и кому нужна поэзия» (1961), «Лад» (1961). Причём последний сборник был выпущен ещё и вторым, дополненным, изданием. Произошло это совсем незадолго до кончины поэта, летом 1963 года. И вот книга «Лад» передо мной. В ней всего сотня страниц, тираж составляет 45 тысяч экземпляров. Во втором издании сборника «Лад» имеются три раздела: «Нынче», «Вчера», «Завтра». В них включено 46 стихотворений, написанных автором в последние полтора десятилетия его жизни. Некоторые из этих произведений навсегда остались в своём времени, но есть в сборнике строки, пережившие автора и перешагнувшие границу веков, так как вполне соответствуют той творческой планке, о которой Николай Асеев говорит в начале книги «Лад»:
Вещи – для всего народа,
строки – на размер страны,
вровень звёздам небосвода,
в разворот морской волны.
И стихи должны такие
быть, чтоб взлёт, а не шажки,
чтоб сказали: «Вот – стихия»,
а не просто: «Вот – стишки».
(1947)
Волны этой поэтической стихии бьются в таких произведениях последнего прижизненного сборника поэта, как «Алмазы», «Что такое счастье? Соучастье…», «Ещё за деньги люди держатся», «Оставаться самими собой», «Двое идут», строки из которого я и хочу процитировать здесь:
Двое идут – шаг в шаг,
дух в дух;
трепет в сердцах, лепет в ушах
их двух.
Этот мальчонка был год назад
безус;
нынче глаза его жаром горят
безумств.
Эта девчурка играла вчера
с мячом;
нынче плечо ей равнять пора
с плечом.
………………………………………..
Стелят не сумерки, а васильки
им путь,
и не снежинки, а мотыльки –
на грудь.
«Не зазнобила бы без привычки
ты рук!» –
Их, согревая без рукавички,
сжал друг.
«Ну и тихоня, ну и чудила,
тем – люб!
Как бы с тобою не застудила
я губ!».
Кружится, вьётся Земшар,
всё изменя.
Возле меня щёк жар,
возле меня,
возле меня блеск глаз,
губ зов,
жизнь повторяет давний рассказ
с азов!
(1950)
А вот ещё восхитительное стихотворение из асеевской книги «Лад». Написано оно в 1960 году и называется «Простые строки»:
Я не могу без тебя жить!
Мне и в дожди без тебя – сушь,
мне и в жару без тебя – стыть,
мне без тебя и Москва – глушь.
Мне без тебя каждый час – с год,
если бы время мельчить, дробя;
мне даже синий небесный свод
кажется каменным без тебя.
Я ничего не хочу знать –
слабость друзей, силу врагов;
я ничего не хочу ждать,
кроме твоих драгоценных шагов.
Где-то в конце шестидесятых – начале семидесятых годов прошлого столетия я впервые услышал песню тогда молодого композитора Александра Градского «Испания», написанную на основе стихотворения Николая Асеева «Песнь о Гарсиа Лорке». Это произведение меня потрясло. Стихотворение же было написано в 1956-1958 годах. Позволю себе процитировать несколько строф из него:
Почему ж ты, Испания,
в небо смотрела,
когда Гарсиа Лорку
увели для расстрела?
Андалузия знала
и Валенсия знала, –
что ж земля
под ногами убийц не стонала?!
Что ж вы руки скрестили
и губы вы сжали,
когда песню родную
на смерть провожали?!
Увели не к стене его и
не на площадь –
увели, обманув,
к апельсиновой роще.
Шёл он гордо,
срывая в пути апельсины
и бросая с размаху
в пруды и трясины…
Будто с неба срывал
и кидал он планеты, –
так всегда перед смертью
поступают поэты.
Такая вот произошла у меня встреча с книгой стихов Николая Асеева «Лад». А пока я читал её, сложился и рифмованный отклик на это издание:
Последняя прижизненная книга
поэта-футуриста предо мной…
И песнь его,
вся из мольбы и крика,
мне в сердце хлещет тёмною волной!
В той песне,
где поётся о расстреле,
там навсегда оборвана струна.
И те слова, увы, не постарели,
и пули будут отлиты сполна.
Ну а пока – внезапные запреты,
такие ж, как полсотни лет назад.
И знаю я,
что все мои рассветы
слились в прощальный мартовский закат.
Он жизнями детей моих оплачен,
теперь приют им – мать-сыра земля.
Где светлый непокой? –
Навек утрачен?
Иль снова вспыхнет молодость моя?
И возродится давняя баллада,
чтоб звонко – по-рязански! – прогреметь.
Да будет так!
Но на страницах «Лада»
я снова слышу траурную медь.
Не меркни, мой закат,
хотя б немного
продли, прошу, свой уходящий свет.
А ночь взойдёт,
теперь я помню строго,
как перед смертью поступал Поэт.
Книгу Николая Асеева бережно храню вот уже несколько десятилетий, с тех пор, когда она оказалась в моей личной библиотеке. Шелест этих давно пожелтевших страниц возвращает меня в годы юности, в то славное время, когда мы мечтали о покорении космических высот, а все родные и все близкие были живы…
Июнь – июль 2024, город Сасово