Маргарита ГРАФОВА 
Маргарита ГРАФОВА
ЗДЕСЬ АВГУСТ –
ВОСХИТИТЕЛЬНЫЙ И ЮНЫЙ…
ХОЛАТЧАХЛЬ
Дерзкий холод, горячий чай,
До заката примерно час.
Не ходи ты на Холатчахль!
Не ходи ты на Холатчахль!
Златокудрая Сорни-Най
В ожидании девяти.
Над палаткой взойдёт луна,
Чтоб лавиной во сне сползти.
В темноте не найдёшь лабаз,
Жжёт мороз. И костёр зачах.
Небо в звёздах – в последний раз.
Не ходи ты на Холатчахль!
Не укрыться и не спастись,
Ты сломался, устал, продрог,
Но сложил на снегу настил –
Смертный одр и кустарный гроб.
Стонет буря, как человек,
Как поющий старик-шаман.
Девять тел похоронит снег,
Девять душ заберёт зима.
В мае месяце извлекут
Разложившимся из ручья.
Развернись, измени маршрут,
Не ходи ты на Холатчахль!
Жаль, у кедров и останцов
Нет способностей рассказать,
Как ты смерти смотрел в лицо,
В золотые её глаза.
Не ходи ты на Холатчахль…
Не ходи ты на Холатчахль…
АНГАРА
К Енисею юная Ангара
Удрала, строптивая, от отца…
Я же – дочь покорная и сестра,
Так и не дошедшая до венца.
Ты, Сибирь, мне мачеха, а не мать –
Девку не просватала молодой.
Кабы мне до милого добежать
По равнине с чистой речной водой!
На полвека спрятана среди скал –
Уж не стать невестою и женой,
В спину бросит камень седой Байкал,
Рассмеётся бешено надо мной:
«Не диви-ка, дура, ты Божий мир,
Для обета брачного ты стара!..».
Равнодушно смотрит беда-Сибирь,
Тихо плачет мудрая Ангара.
* * *
И когда зима призовёт метель,
То придёшь ко мне на второй же день –
Молодой супруг, но чужой ещё,
Не подозревающий ни о чём.
И покроет землю небесный пух,
А на небе Бог, а на небе друг –
Смотрят с антрацитовой высоты,
Как переплетаемся я и ты.
В СИБИРЬ
Над просторами енисейскими
Замерзающих чаек крики и
Ледяные ветра осенние...
И опять я к тебе, Великая!
И опять я лечу, Светлая,
Чтоб лелеять тебя песнями.
Ты встречаешь, в меха одетая,
С чароитовыми перстнями,
Ожерелье – роса байкальская,
В диадеме – листва таежная.
Не подкупит Орда богатствами,
А силком удержать сможет ли?
ОМУЛЬ
Холод и лёд Байкала –
Сказочная тюрьма.
Звёзды нарисовала
Кистью по льду зима.
Воет сибирский ветер,
Спит Ангара-река,
Омуль попался в сети
Старого рыбака.
Здесь я навечно дома
(К чёрту такой вот дом!),
Сердце – пленённый омуль –
Бьётся с байкальским льдом.
Было бы сбросить впору
Тяжесть сибирских уз,
Стать бы в Эгейском море
Лучшею из медуз!
Плавать среди кораллов,
Пёстрых морских ежей…
Крепких оков Байкала
Мне не сломать уже –
Невоскресима сила
Раненых плавников…
Солнце встает лениво
Над Ангарой-рекой.
* * *
Какая ночь! Луна так ярко светит –
Она грустит о бесполезном лете,
Июльский воздух пахнет сентябрём...
Но ясный август где-то на подходе –
Назло несвоевременной погоде,
Он разберётся с пакостным дождём.
И будет всё, как мы того хотели –
Что не случилось в пасмурном апреле
И не исполнил околевший май,
Что не сбылось с обманщиком-июнем...
Здесь август – восхитительный и юный –
Внимай!
КРЕЩЕНИЕ
Если поэт не пишет,
Значит, ещё не срок.
Время укажет свыше
Великодушный Бог.
Значит, уже отмечен
Краской календаря
Тот неизбежный вечер
Главного января,
Где по Господней воле
Всё сотворится вдруг:
Рыба обрящет голос,
Свет превратится в звук,
Строки – в стихотворения,
Словно в вино вода…
Это – твоё Крещение.
Это – твой Божий дар.