Светлана ТЮРЯЕВА 
Светлана ТЮРЯЕВА
ЕЁ СУДЬБУ РЕШАЛИ, НЕ СПРОСИВ…
МАТУШКА
О тебе плачет ива у заводи,
Бьёт земные поклоны ковыль...
Если б знать всё грядущее загодя –
Не страдать от хмельной головы,
Не идти к лиходеям в объятия,
Различать прозорливо врага –
Не схлестнулись бы кровные братья
На небратских теперь берегах.
Поглядела с душою распятою
На итоги от мнимых побед
За людское беззлобие ратуя,
С болью вспомнив Соборный обет,
Осенив себя крестным знамением
С Божьим словом и верой Христа,
Пропуская хулу и гонения,
В грозовые уходишь места.
Там погода бушует неистово
«Солнцепёком» и «Градом» разя.
И за что тебе выдалась исстари
Этих междоусобиц стезя?
О заблудших радеешь опять, поди,
Треволненья твои не новы...
Оттого плачет ива у заводи,
Бьёт земные поклоны ковыль...
«У ВИШНЕВОМУ САДОЧКУ…»
Эх, щёлкнуть бы пальцами и очутиться
В краю, где подсолнухи и кукуруза,
Где праздник весёлый справляет станица,
И славят вовсю достиженья Союза.
Одеться, девчушкой, в костюм украинки...
И «Вить-вить-вить, тёх-тёх-тёх» петь на концерте.
А тот «соловейка» и в русской глубинке
Готов щебетать про томления сердца.
Там каждое слово близко и понятно,
Ещё бы, мы сами – однокоренные,
Родная и рідна – о той необъятной –
Лилось с одинаковой силой. А ныне...
Лишь «ай-я-я, ох-ох-ох» выдать сумею.
В «садочку вишневому» новые звуки –
Там мама и мати, сердец не жалея,
Сынов проводили в объятья разлуки.
БЕССОННИЦА
Как громко выли в сумерках собаки –
Уснуть невмочь.
В проём окна остывшим полумраком
Вползала ночь.
Роились мысли, сбивчиво вплетая
Обрывки тем.
Запели птицы. Вот уже светает...
Без сна совсем.
Легла на сердце лёгкая тревога:
Встречать беду?
До срока не узнаешь. Лишь у Бога
Всё на виду.
Уж полдень. Ну чего ж мне не хватает?
Тепло, светло…
С утра не слышно говорушки Тани.
А к ней пришло...
Пришло и поселилось без возврата...
Антошка – сын...
Весёлый, лопоухий, конопатый –
Всего один...
Вернусь живым! – уверил видом бравым. –
Жди перемен.
Но орден Мужества с орлом двуглавым
Пришлют взамен.
Рука застыла над листком бумаги –
Вновь не уснуть.
Опять завыли к полночи собаки,
И ноет грудь...
* * *
Зал санаторный. Я открыла встречу,
И взгляд упал на парня одного –
Пришёл, чтоб скоротать ноябрьский вечер,
Подвыпившим, участник СВО.
Скорей мне внук, чем сын – годами молод,
Но крепок телом. Явно возбуждён...
В словах моих искал удачный повод
Съязвить больней, включая резкий тон:
«Зачем о том, в чём ничего не шаришь,
Призывными стихами говорить?»,
А рядом, старший возрастом товарищ,
Бойца пытался тут же усмирить.
«Скажу, что видел сам, – тот крикнул громче. –
Прошёл, как говорят, и Крым, и Рим!».
Я – тихо в микрофон: «Дождись, закончу.
Мы обо всём с тобой поговорим».
Лились со сцены песни о России,
И зал порыв душевный наш ловил.
Стихи читала я о самом сильном,
О самом главном чувстве, о любви.
Дождавшись окончанья выступленья
Присела с парнем рядом, обняла...
Припал к плечу... От лёгкого волненья
Слеза скупая по щеке стекла...
«Я жив, а брат... Забрать не можем – дроны! –
Он отшвырнул костыль свой вгорячах. –
Всю жизнь мне помнить эту оборону,
Виновным – перед Богом отвечать...».
Он говорил, залечивая раны,
Наружу выпуская горечь слов.
Мужчина, рано ставший ветераном...
Один из тысяч внуков и сынов.
Так боль потери душу разрывала –
Ни водкой, ни лекарством не унять.
Я знала, что со мною обнимала
Бойца в тот миг и вся Россия – мать!
* * *
Она – обычный продавец,
Где ценники, продукты, суммы,
Слова сочувственных сердец
Не отвлекут от тяжкой думы –
Остался без отца малец.
Героя помнит город Сумы...
Но в этом жизни не конец!
Она простая медсестра.
Ей каждый день спасать здоровье,
Вводить инъекции добра
И пополнять потери крови...
Но ломит слева, у ребра –
Пропал сыночек в Приазовье...
Родных останков не собрать.
Она готовит чепалгаш*,
А мысли – о родных мужчинах –
Воюют все: муж, брат, племяш.
Священен путь их – в том причина.
Но боль души не передашь –
Дуа** – за мужа, брата, сына...
«Аллах Акбар!». За всё воздашь!
Она – светлейшая душа!
Ей петь бы песни, веселиться,
Но выбор – тяжесть «калаша» –
Сумел в такой душе родиться.
В бою не сдрейфит. Хороша!
За братьев вызвалась сестрица –
Победой дело завершать!
Как много дочерей, страна,
Скорбя победный путь торили...
У них свои есть имена,
Но в каждом слышится – Мария –
Та, что страданием сильна.
И с ними выстоит Россия
Всегда, в любые времена.
-----------------------------
* чеченская лепёшка
** чтение после намаза
САМОКРУТКА
Вновь в саду фонтаны вишен,
Грядки выстроились в ряд,
Строй нарциссов бело-рыжих
Вылез первым на парад:
Как девчата медсанбата –
В белом, средь зелёных гущ.
Всё подвластно красной дате,
И победный дух присущ.
Поседевшим ветераном
До могильного холма,
Где лежат Резо с Асланом,
Глеб, Базыль, Захар, Кузьма,
В полной выправке солдата,
Не ведя годам учёт,
Помянуть друзей и брата
Шёл старик. Силен ещё.
Старость – это та зараза!
Не уйдёт, как ни гони,
А поклон отдать обязан
За счастливой жизни дни!
Дан зарок был: день Победы,
Ни за что не пропустить:
Сесть у братской, из газеты
Самокрутку раскурить,
Вспомнить шутку балагуров –
Шестерых друзей-бойцов:
«Быть готовым к перекуру
Очень важно для юнцов!».
Кто из Поти, кто из Бреста
Здесь навеки полегли –
Побратались в лобном месте
Кровью политой земли.
Не дожили! Не видали,
Как пошёл на брата брат,
Как Победу оболгали,
Как наглеет бюрократ.
Даже не предполагали,
Погибая за страну,
Что окажутся врагами
Львовским – парни на Дону.
Что не раз ещё прольётся
Кровь в угоду «воронью»,
Победителям – придётся
Выживать в родном краю.
И почти два поколенья,
Слушая брехню извне,
Вдруг поставят под сомненье
Правду дедов о войне...
«В "светлом будущем", ребята,
За бедою шла беда,
Нашего коснулась брата.
Кабы мог я знать тогда...
Мне б их встретить в сорок третьем,
Я б им, братцы, дал огня –
Залп по прохиндеям этим –
Ох и помнили б меня!» –
Так он у могилы братской
Посидел, поговорил,
Завершил отчёт солдатский,
Сплюнул старый, закурил,
Встал, поправив гимнастерку:
«Не возьмешь нас в оборот!
Я ещё приду с махоркой
К вам на следующий год!».
ПОЛОНЯНКА
Её судьбу решали, не спросив...
Она была до девяностых наша!
Теперь вовсю Европа голосит,
Чтоб не совала нос в разборки Раша...
Из-за бугра, конечно, им видней!
Свои же – бьют, чтоб рот не разевала –
От беловежского решенья трех мужей
Она их недовольствами достала!
Та – держит бой! Ступает не спеша,
Несломленная в жёстких истязаньях.
В полоне тяжек путь, больна душа –
Но новая заря своим сияньем
Влечёт за окровавленный восход,
И видится, как, распахнув объятья,
По бело-сине-красному идёт
Святая дева в белоснежном платье.
За ней, вперёд!