ПОЭЗИЯ / Светлана ГОЛУБЕВА. НА ВЕНЧИКЕ ОГНЕННОГО ЦВЕТКА. Поэзия
Светлана ГОЛУБЕВА

Светлана ГОЛУБЕВА. НА ВЕНЧИКЕ ОГНЕННОГО ЦВЕТКА. Поэзия

 

Светлана ГОЛУБЕВА

НА ВЕНЧИКЕ ОГНЕННОГО ЦВЕТКА

 

ДЮРЕР. МЕЛАНХОЛИЯ

Небесные дали высоко сияли,

Точа перламутровый благостный свет.

Там ангел без горна сидел и сандалий,

И нужен был ангелу верный ответ.

 

Сомнения чувствуя где-то под спудом,

В пучины идей погружён глубоко,

Не мог созидать он. Какого-то чуда

Ему не хватало в постройке его.

 

Кругом облака очертанья меняли

И поверху красились в свет заревой.

О, ангел, какие бывают печали

Рождаемы светлой твоей головой?

 

Питомец не смеет коснуться в ласканье

Коленей твоих и грустит, недвижим.

Какие мученья в твоём созиданье?

Чего чертежам не достало твоим?

 

Окрест тебя мир абсолютных свершений

И вечной, исполнившейся красоты.

Какие чертоги его совершенней,

А может быть, равные выстроишь ты?..

 

* * *

Во тьме беспредельного далека,

Пронзённого иглами звёздного света,

На венчике огненного цветка

Росинкой лежит голубая планета,

Всю её маленькую глубину

Колышут приливы и отливы.

И страшно жаль, что её, одну,

Мы, все, не можем сделать счастливой.

 

БИТВА

Здесь конные и пешие сошлись,

Искрила сталь, в кругу сшибаясь тесном.

Поколебала битва даль и высь

И отразилась в омуте небесном.

Штандарты кумачовые ярчей

Крови горели над равниной белой,

И падал воин, не закрыв очей,

Сжимая меч рукою помертвелой,

И взором потухающих очес

Себя и тех, кто с ним погиб сегодня,

Он видел в белой глубине небес

Вблизи престола светлого Господня

Великой слитной ратью заревой...

 

Был славою окончен ярый бой.

Живые опирались на щиты,

Глядя на мёртвых молча и сурово.

Торжественно над ними с высоты

Лучи простёрло воинство Христово.

 

РОЖДЕСТВЕНСКОЕ УТРО

На небе, белом от мороза,

Спиралька лёгкая дымка –

Как вдохновенная строка

Великомудрой вечной прозы

По-над зарёй проведена

Невидимой тончайшей кистью.

Какая из высоких истин

В ней может быть заключена?

 

Прозрачен, сладостен мороз,

Снежок искрист, сыпуч, как сахар.

Беззвучно голос произнёс

Во мне слова: «Живи без страха».

Я не сама ли их прочла

В полоске дымки на востоке?

А та с небесного стекла

Исчезла в солнечном потоке...

 

КАМЕННАЯ РЕКА

Незримо катятся в долину,

А зримо – будто бы стоят,

И долог путь, пускай не длинен,

Для каменных овечьих стад.

Играет луч в гранитных зёрнах

Хребтистых и покатых спин.

Катясь незримо и покорно,

Спускаясь руслами ложбин,

Влекомые всесильной тягой

Земли горячих плавких недр,

За сотни тысяч лет – полшага,

За миллионы – только метр.

Но пусть и медленнее даже

Ползёт гранитная гряда,

Земля своё возьмёт однажды

И похоронит без следа.

 

НАЧАЛО

Тонны песок наметает в барханы

Ветер планеты моей бездыханной.
 

Смерчи юлят по ребристым холмам,

В скалах по бурым шуршат валунам.
 

Ходят багровые луны в дозор

Между зазубрин причудливых гор.
 

Узких каньонов кромешная мгла

Вверх выдыхает дымов купола.
 

Где в этом мире, в цепочке времён

Случай мгновенный и вечный закон
 

Сложатся вместе, и чудо свершится:

Жизнь неприметным ростком зародится?

 

РАБОЧИЙ ДЕНЬ

В подобие шаманской маяты

Вовлёк листву с дождём внезапный ветер,

И светотеневые лоскуты

Полощутся беззвучно на паркете

Под окнами в дому. В аллею лип

Была поутру форточка открыта,

Так и осталась до дождя, забыта.

Неровный мокрый шелест, частый всхлип

Пронизывает общее молчанье,

Вот солнце вдруг приходит в трепетанье

И бьётся на полу прозрачной птицей.

А у коллег задумчивые лица…

 

РАССВЕТ

Редеет тьма в окне моём.

Сквозь облака идёт в подъём,

Рассеиваясь, свет.

Осина, елей тёмный ряд

В миру светлеющем стоят

С готовностью ракет,

Хотя давно уже летят

Сквозь толщу зим и лет.

Расширилось пространство,

И небо занялось,

И лучшего убранства

Для мира не нашлось.

 

* * *

Расскажи мне:
                             как ночью идти по озёрным волнам,

Если в них опрокинуты все августовские звёзды?

На заре по воде расползался ль косматый туман,

Оставляя на палубе сизую росную роздымь?

 

Я хотела бы видеть, как местный строптивый циклон

Угодит в отбелённый дождями и солнцем ваш парус,

Барабанным гудел ли пергаментом он, напрягаясь,

И молитвами или проклятьями был осенён?

 

Что же в этих текучих стихиях даровано вам?

Что в себе вы открыли, настырные, дерзкие люди?

Я тоскую уже по незнаемым мной островам,

А быть может, по времени, где меня нет и не будет.

 

Комментарии